Никита провёл ладонью по бедру. Материал шелестел, обтягивая каждую выпуклость.
— Да... вроде...
Его телефон замигал на тумбочке — Алина. Серёга не глядя выключил экран.
— Теперь футболка, — он протянул чёрный шелковый топ. — Тоже мокрая.
Никита стоял перед треснувшим зеркалом в ванной, его пальцы дрожали на краю раковины. Отражение моргало ему в ответ — чужое, размытое алкоголем и чем-то ещё. Чёрные чулки плотно обтягивали бёдра, кружевные манжеты впивались в кожу красными полосками. Шёлковый топ сполз с одного плеча, обнажая ключицу.
— Нравится? — Серёга появился за спиной, его горячее дыхание обожгло Никитину шею.
— Я...
— Молчи. — Большие руки обхватили Никитины бёдра, прижимая к себе. — Вижу, как тебе нравится.
В зеркале:
Никита, запрокинувший голову Серёга, целующий его шею Чёрная ткань, контрастирующая с бледной кожей Серёгины пальцы скользнули под кружевную манжету, грубо задирая материал.
— Посмотри, — он прижал Никиту лицом к зеркалу, — видишь, какая ты...
Пауза.
— Какой ты сейчас красивый.
Никита зажмурился, но Серёга щелчком заставил его открыть глаза.
— Смотри.
В отражении:
Его собственные расширенные зрачки Алый след от зубов на шее
Дрожащие пальцы, вцепившиеся в край раковины
— Нравится? — Серёга ухмыльнулся, специально дыша ему в ухо. — Вижу, что нравится.
Его ладонь скользнула вперёд, обхватывая то, что Никита тщетно пытался скрыть.
— Тише, тише... — Серёга прикусил его мочку уха. — Мы же просто... согреваемся.
Серёга расстегнул ширинку одним резким движением, металлическая молния звякнула о пряжку ремня. Его ладонь грубо обхватила Никиту за затылок, притягивая лицо к оголённой промежности.
— Нюхай, — прохрипел он, впихивая Никитино лицо в тугой треугольник между ног.
стала шлюхой