сразу, шпана? Там и так моих два, порвем! Что значит «не-а»? Что значит «Я знаю, столько даже мне влезет запросто»? Кто здесь сэнсей, вообще? Ах, все же я? Ну, тогда мне виднее! Два, я сказал. Остальные потом, а то маме сразу больно будет.
Лариска, опять ненадолго выйдя из образа, подняла голову:
— Мам, сколько надо?
Машка откровенно захихикала: «Да сколько есть, хоть все ваши двадцать!», и приподняла попу повыше, чтобы им было удобнее. Но Иван под предлогом того, что у них урок куннилигиуса, а не фистинга, немедленно свершиться безобразию все же не дал. Хотя и был вынужден пообещать, что урок фистинга он проведет тоже, - Маша, услышав это, предвкушающе повела попой из стороны в сторону, - но, разумеется, потом, - тут Маша сказала «Хнык!», и Иван торопливо добавил, что, может быть, даже и сегодня. А если некоторые ехидны будут пытаться выяснить, кто на том уроке будет пособием, то он их отфистит прямо сейчас, но не так, как ехидна думает. И не туда. И даже не тем.
Таким манером они развлекались до тех пор, пока Иван, после очередного Ларкиного «Что дальше, сэнсей?», не приподнялся и не посмотрел поверх ощутимо двигающегося вверх-вниз венерина холмика, мимо набухших, с торчащими сосками грудей на Машино лицо. Вид у Маши был такой, будто она вот-вот кончит, но будет это ей совсем не в радость. «Не в радость, как же», - засмеялся про себя Иван. – «Но, пожалуй, и впрямь хватит издеваться над бедной женщиной».
— Дальше будет задание повышенной сложности. Можно сказать, будем отрабатывать проведение куннилигиуса в условиях, максимально приближенных к боевым, - заявил он со всей серьезностью.
Маша, даром что была в блаженном мороке, аж приподнялась: «Это как?», а Ларка, лишь на секунду задумавшись, облизнулась, запустила руку под дядю Ваню, убедилась, что ее любимое дяди Ванино место ни в каком не в приближенном, но в самом что ни на есть полностью боевом состоянии, подтянула коленки к себе, выставляя попу кверху, и твердо установила локти на простыню, нацеливая мордочку в нужное мамино место, после чего обернулась к Ивану. Тот, засмеявшись, приподнялся, подмигнул Маше, - та, успокоенная, откинулась на спину и заерзала попой, подставляя себя Лариске, - почесал жене животик, шлепнул младшенькую по выставленной вверх попке и, встав с кровати, сделал шаг в сторону.
****
Куннилингуса в обстановке, приближенной к боевой, у Ларки не вышло. Девицу уже потряхивало от возбуждения не хуже Маши, и стоило начавшему стандартный процесс Ивану сделать пару плавных, медленных, разогревающих движений членом в ее пещерке, как Ларка, не успевшая ни разу лизнуть мамину радость, захрипела, забилась под ним и кончила так, как делала за эти недели лишь пару раз, да и то не от дяди Ваниного члена, но от его языка и рук: с пахучей лужей на простыне, сильными, похожими на эпилептический припадок судорожными подергиваниями всего тела и такими стонущими воплями, что ей в вечерних сумерках ответил далекий пустобрех из деревни, бывшей от усадьбы километрах в трех. Смотревшие на это приятное, но страшноватое своей первобытной дикостью зрелище Иван с Машей, когда младшенькая, наконец, успокоилась, дружно выдохнули, переглянулись и покачали головами: ну, дает девка! Что будет к тридцати годам?
У Ивана от такой картины даже слегка ослабла эрекция, а Машу она, наоборот, возбудила еще больше. Едва не прищемив коленом лежащую на краю лежбища мертвым телом дочку, она потянулась к мужу с явным намерением затащить его на себя прямо через Ларку. Но Иван не дался: подхватив младшенькую на руки, перенес ее на край кровати,