рука молнией рванулась вперёд, и я накрыла ладонями их вздыбленные, пульсирующие члены, прижимая их к низу живота, пытаясь скрыть сам факт их возбуждения, их предательства.
—Тсссс, — прошипела я, и в моём шёпоте не было страха, только пьянящая опасность. — Спокойно, мои хорошие. Это ещё не всё. Это только разминка.
Шаги замерли совсем рядом, слышалось тяжёлое, пьяное дыхание. Сердце колотилось где-то в горле, но не от испуга, а от дикого возбуждения. Я удерживала их горячие, упругие плоти в своих руках, чувствуя, как они пульсируют в такт их бешеному сердцебиению.За стенкой палатки раздался громкий зевок, послышалось шарканье, и шаги, к моему облегчению и странному разочарованию, начали удаляться.Я выдохнула, отпустив их, и медленно повернулась к ним лицом. На их лицах читалась смесь паники и неутолённойlust.
— Видите? — улыбнулась я, облизывая губы. — Никто ничего не узнает. Наша маленькая тайна. Но чтобы её сохранить... вам нужно быть очень хорошими мальчиками.
Я наклонилась вперёд, чтобы мои губы почти касались их хуёв, и прошептала, обволакивая каждое слово обещанием рая:
— А теперь, мои ненаглядные, идите и хорошенько пожарьте то мясо. Для всех. Сделайте это лучше всего в своей жизни. Потому что как только вы закончите... — моя рука скользнула вниз, чтобы снова, уже совсем немного, коснуться губами их головок, — вы получите два гораздо более сочных, гораздо более аппетитных куска мяса. Мою жопу. И вы будете жарить её своими толстыми, горячими шампурами до самого вечера. Безостановки. Поняли меня?
Их глаза вспыхнули с новой силой. Они кивнули, уже не как испуганные мальчики, а как мужчины, готовые на всё ради обещанной награды.
— Да, тёть Ир— в унисон ответили они, их голоса густые от желания.
— Тогда чего же вы ждёте? — бросила я им, лёгким движением натягивая край халата на дрожащее от предвкушения тело. — Идите. А я буду смотреть... и ждать.
Утреннее солнце едва успело прогнать ночную прохладу, а воздух уже был густо пропитан дымом от мангала и моим собственным, острым от возбуждения, потом. Я крутилась возле мальчиков, как наглая муха, чувствуя на себе их горящие взгляды. Каждый раз, когда я нагибалась, чтобы «поправить» угли или «подать» приправу, мой тонкий халатик задирался, открывая им полный вид на мою голую, пышную задницу, лишь слегка прикрытую узкой полоской стрингов.Саша и Денис старались делать вид, что увлечены готовкой, но их глаза постоянно срывались вниз, ко мне. Их руки дрожали, когда они переворачивали сочащиеся соком куски мяса. Я ловила их взгляды и прикусывала губу, томно вздыхая. Они сходят с ума. Совсем мальчишки. И вся эта мощь, вся эта грубая мужская сила сейчас принадлежит мне.
— Мам, всё хорошо? — раздался голос сына из-за палатки.
Я резко выпрямилась, сделав невинное лицо.
— Всё прекрасно, солнышко! Мальчики просто шеф-повара! Мясо будет объедение.
Он что-то пробормотал в ответ, и я снова погрузилась в свою игру. Я прошлась пальцами по своей бедренной кости, медленно, чувственно, зная, что Денис следит за этим движением краем глаза. Он сглотнул, и его кадык нервно дрогнул.
Прошел, может быть, час. Мясо, наконец, было готово. Мы все поели, шумно и весело, но под столом моя босая нога нашла твердый ботинок Дениса и легонько наступила на него. Он поперхнулся квасом. Саша всё понимал. Его нога тут же ответила мне, упершись в мою ступню. Игра началась.
Тут мне в голову пришла идея. Я изобразила легкую панику.
— Ой, ребята, я совсем забыла! У нас ведь вода закончилась. Совсем. Ни чаю заварить, ни посуду помыть.
Одна в мужском колективе... Трах прям на работе