Однако я несу ответственность, и Дженайя попросила меня о помощи, чтобы облегчить ее страдания. Очевидно, моя последняя попытка была недостаточно хороша, возможно, потому, что я не смог понять, что все это значит для Дженайи, поэтому я не стану ее повторять. Сегодня я попробую что-то новое и выберу новую помощницу, если она согласна помочь. - Робан говорил серьезно, спокойно излагая свои мысли.
— Менджа, ты хочешь помочь Дженайе? – Он продолжал смотреть на девочку, сидящую у него на коленях.
— Ты не можешь просить... - только и смогла вымолвить Денисса, прежде чем яростный взгляд Атеи заставил ее замолчать.
Менджа ответила Робану любопытным взглядом и просто кивнула. Он взял нож и пустую кружку, и протянул их Мендже.
— Ты должна порезать меня, наполнить кружку моей кровью, а затем отдать ее Дженайе. Так ей не придется голодать, а я не буду чувствовать себя коровой, потому что ты берешь у меня мою кровь, а я знаю, что нравлюсь тебе, - объяснил он, ухмыляясь Мендже.
Менджа сморщила нос, слушая его объяснения, но без лишних слов аккуратно разрезала ему ладонь. Порез был достаточно глубоким, и кровь непрерывной струей быстро наполнила кружку, которую она держала под раной.
Дженайя перевела взгляд с наполненной кровью кружки на маленькую девочку, которая держала ее в руках. Немного пролилось, и несколько капель крови прилипли к ее маленьким пальчикам. Ее зеленые глаза пытливо смотрели на Дженайю, когда она брала кружку из ее рук.
Менджа ухмылялась, слизывая кровь с пальцев. - Я знаю, что мой папа дразнит тебя, и это нехорошо, но я тоже считаю тебя глупой, - сказала она ей. Затем Менджа взяла большой кусок мяса с их трапезы и вышла через люк на палубу.
Дженайя растерянно смотрела ей вслед, пока та не скрылась из виду. Снова посмотрев на наполненную кровью кружку в своих руках, она поднесла ее к губам и с опаской сделала глоток. Кровь была теплой и немного соленой на вкус, но с ней не происходило ничего магического. Ничто не переполняло ее чувства, пока она медленно пила. Ничто не возбуждало и не удовлетворяло потребности, которых она больше не испытывала. Голод прошел, когда она опустила кружку, но это было все. Она была наполнена, но чувствовала себя пустой. Дженайя посмотрела на Робана. Он наблюдал за ней, и темнота в его глазах была такой же пустой, как и у нее.
— Мне нужно еще немного времени, чтобы обдумать урок, но я благодарю тебя и Менджу за то, что помогли мне понять мою новую реальность, - сказала ему Дженайя и пошла к люку, но исчезла из виду, не дойдя до него. В тишине, наступившей после ухода Дженайи, Робан тоже покинул группу и лег так далеко от них, как только позволяла их маленькая каюта.
На этот раз голос Дениссы наконец нарушил молчание.
— Не знаю, чему предстоит научиться Дженайе, но влияние Робана на Менджу пугает как никогда, - высказала она свое беспокойство.
— Менджа приняла решение и может видеть то, что тебе не дано увидеть. Это не страшно и не связано с влиянием на нее моего брата. Это называется восприятием и является признаком высокого интеллекта Менджи, - сердито ответила Атея.
— Ты уверена в этом? Может быть, то, что мы видим, - это любовь маленькой девочки к своему папе. Это безусловная любовь, не имеющая ничего общего с восприятием или интеллектом, - спокойно возразила Денисса.
— А любовь всегда является причиной для беспокойства, или это потому, что Менджа любит моего брата, а Робан не соответствует твоим моральным взглядам на то, что
Дочка маме говорит...