слюней и спрятал их на дно корзины с грязным бельём, куда отправилась и её сумочка.
Затаив дыхание, он открыл дверь, и тут же едва не был сбит с ног бросившейся ему на шею Катей.
– Ты так долго не открывал! Ты что, обиделся, да? Обиделся? – от неё просто дико несло перегаром, и Майк, не терпевший пьяных женщин, против воли зажмурился. – Ну не сердись на меняяя, ну дура я, дура, – Катя едва держалась на ногах, – дура... – она повисла на нём, принявшись целовать его непослушные губы.
– Трахни меня... – прошептала она ему на ухо, – трахни. Где твои верёвки любимые, здесь? – Катя слегка приподняла полог кровати, но Майк вовремя перехватил её руку.
– Нет, не здесь. Что случилось, Катя? В чём дело вообще?
– Ни в чём, ик... Я просто хочу, чтобы ты связал меня и отодрал как последнюю сучку.
– Тебе же это вроде не нравилось, да настолько, что ты бросила меня прямо после новогодней ночи, – Майк вздёрнул бровь.
– Ну, бросила, да... Не из-за этого. А из-за того... что ты просто лооох! – Катя заливисто расхохоталась.
– Почему лох?
– Потому что, ну, посмотри на себя, где ты живёшь, как ты живёшь. Не работаешь, нет ни хрена, по клубам не ходишь, сидишь в интернете целый день или книжки читаешь. И ты не лох? Лох самый натуральный.
– Я психолог, пишу статьи по психологии, не на заводе же мне работать, – развёл руками Майк.
– Такие девушки, как я, с такими не гуляют, чё, не всасываешь? Ик... Единственное, когда ты сказал, что меня связать бы хотел, я так думала, мож разок можно, ведь... – Катя засмеялась заливистым смехом, – ведь люблю я это дело. Даа... ик...
– Это в тебе от матери походу, – пробормотал себе под нос Майк.
– Что? От матери? Да она, как про твои извращённые желания услышала, – Катя подмигнула Майку, – ну, ты понимаешь, надо же было как-то отморозиться, я ж не могу матери сказать, что я, как лохушка, полгода с лохом гуляла, так она как услышала, вообще запретила к тебе приближаться. Дааа, знаешь, она у меня такая, как его... пуританских взглядов короче очень.
– Какие милые вы люди, – улыбнулся Майк.
– Ну, а то. Ну, так чё, трахаться будем?
– А что это ты вдруг со мной, лохом, потрахаться захотела?
– Ну, захотела, понимаешь, мать ушла куда-то опять, старая потаскуха, а я одна дома, сидела, скучала, и вот захотелось мне чего-то этакого. Ну, ты понимаешь, о чём я, – подмигнула Катя, накручивая на палец прядь волос.
– Ты пьяна.
– Ну, выпила дома конины, чё теперь? Так что, ты меня связывать будешь или нет? Я сегодня хочу быть оттраханной связанной шлюшкой, ууууииии, – Катя сдёрнула с себя майку и запрыгала, потрясывая перед его лицом своей небольшой, но очень красивой грудью, поддерживаемой бюстгальтером пуш-ап.
– Свяжу, конечно, если ты так просишь, – усмехнулся Майк.
Майк открыл шкаф и достал несколько мотков верёвки. Когда он обернулся, Катя уже лежала на кровати абсолютно голая. Её пьяный похотливый взгляд внимательно следил за всеми движениями Майка, а чувственные губы были слегка приоткрыты.
– Ну что, готова?
– А как же, ты сам-то долго телиться будешь?
– А я уже готов, – Майк помахал перед Катей верёвкой. – Согни ногу в колене.
– Ты... меня что... ик... не к кровати будешь привязывать?
– Нет.
– А как?
– Тебе понравится.
– Ну, ОК, смотри мне, – Катя звонко и пьяно рассмеялась, сгибая в колене левую ногу.
Новый опыт. Вступление