так… — прошептала я дрожащим голосом. — Уже… легче…
Я молчала, только всхлипывала. Он наклонился к моему уху:
— Говори. Или я сейчас выйду и оставлю тебя вот так — мокрой, разорванной и неудовлетворённой.
— Нравится… — выдавила я сквозь слёзы. — Мне нравится… когда ты… внутри…
— Молодец, — он поцеловал меня в висок, почти нежно. А потом начал двигаться — коротко, жёстко, глубоко. Каждый толчок сопровождался моим сдавленным стоном. Стол скрипел под нами. Я цеплялась за его плечи, пытаясь удержаться.
— Скажи, кому ты теперь принадлежишь, — потребовал он, ускоряя темп.
— Тебе… — выдохнула я. — Тебе, Дима…
— Громче.
— Тебе! Я твоя… — голос сорвался на всхлип.
Он схватил меня за бёдра, приподнял чуть выше и начал вбиваться быстрее, сильнее.
Дима двигался всё быстрее, увереннее. Его дыхание стало тяжелым, прерывистым. Он брал меня грубо, без всякой нежности, как вещь, которая принадлежит ему по праву силы. И самое страшное было то, что мне это нравилось. Нравилась его власть, его жестокость, то, как он использует моё тело для своего удовольствия.
Дима наклонился и впился зубами в моё плечо, прямо через тонкую ткань рубашки.
Я вскрикнула уже от боли и удовольствия, смешавшихся воедино. Это стало последней каплей. Тело взорвалось волной оргазма, сильного, обжигающего, которого я никогда не испытывала. Я стонала, извивалась под ним, а он продолжал двигаться, доводя себя до конца.
С несколькими глубокими, жесткими толчками он кончил, издав низкий, животный стон. Я почувствовала, как внутри меня бьет горячая струя, как он наполняет собой. Он замер, тяжело дыша у меня на шее.
Я лежала на столе, бессильно раскинув руки. Вся моя нижняя часть была в крови, в его и моих выделениях. Я чувствовала боль между ног, липкость, влагу. И удовольствие. Мне понравилось!
Мы замерли. Он всё ещё внутри. Я дрожала, прижавшись к нему, слёзы текли по щекам.
Клуб
Прошло несколько дней, а я все еще ходила как в тумане, старалась учиться — без особых проблем между прочим. Между ног всё ещё ныло и напоминало о потери моей девственности с Димой. Именно в таком состоянии я и столкнулась с ним снова.
Дима стоял, облокотившись на стену у лестничной клетки, и что-то лениво говорил какому-то незнакомому парню. Увидев меня, он замолчал. Его взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул по мне с ног до головы. Я почувствовала как покраснела.
— Лиза, — произнёс он спокойно, будто мы расстались вчера на кофе. Оттолкнулся от стены, сделал два шага навстречу. Запах его духов — тяжёлый, древесный, с ноткой сигарет — ударил в нос, и по спине сразу побежали мурашки. — Слушай. Пошли в клуб. Я подумал и решил исполнить твою просьбу. Сходим не в кино, а в «Neon». Будешь моей парой. Соглашайся.
Голос был ровный, почти ласковый. Но в глазах — та самая сталь, от которой у меня подгибались колени.
— В клуб?.. — переспросила я, и голос предательски дрогнул, стал выше, тоньше. Я тут же сглотнула, пытаясь прогнать ком в горле. — Но я… я даже не знаю. Я никогда не была в таких местах.
Он усмехнулся нагло уголком рта.
— Тем более. Первый раз везде должен быть с тем, кто знает, как надо. Я покажу тебе, как это делается. — Дима сделал ещё шаг, теперь стоял так близко, что я чувствовала тепло его тела. — Научил же тебя уже кое-чему, да?
Он опустил взгляд ниже моей талии — откровенно, бесстыдно — и я почувствовала, как жар разлился по животу, а между ног снова стало влажно.
Я молчала, сжимая руки в кулаки так, что ногти впивались в ладони.
Фантастика