Моё сердце колотилось уже не от страха, а от ликования. Они *здесь*. Они *в моей ловушке*! И они даже не подозревают, что сами сделали в неё первый шаг. Я посмотрел на Аню в полутьме. Она смотрела на меня, и в её взгляде я прочитал то же самое: азарт, гордость и вопрос - «что дальше?». Я дал ей едва заметный кивок. Сцена была готова. Актеры в сборе. Можно было начинать главное действие.
Тишина после джаза была особенной, густой, тягучей, как мёд. Её нарушила Света, шумно выдохнув и растягиваясь на диване, как большая кошка. Её нога в чёрном носке нечаянно, но совсем не случайно задела мою руку.
— Ну, хозяин, атмосферу ты нагнетать мастак! - сказала она, и её голос в темноте звучал хрипловато и интимно: - Аня нам тут такое про тебя наплела, что я, честно, не верила. Говорила, мол, не тот парень, на которого выглядишь.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок.
— Что Аня сказала? - я посмотрел на неё. Она сидела, поджав губы, с хитрой, довольной улыбкой.
— Так что она говорила? - переспросил я, стараясь звучать непринуждённо.
Ответила не Аня, а Ира. Она сидела так близко, что я чувствовал исходящее от неё тепло. Она говорила тихо, будто признаваясь в чём-то страшном:
— Она говорила, что ты... особенный. Что с тобой можно... всё! - последнее слово она выдохнула почти неслышно.
Света фыркнула: - Да ладно, Ир, не мямли. Она сказала прямым текстом, что у тебя летом был натуральный тренажёрный зал, и ты стал чемпионом по всем видам... - она сделала паузу для драматизма: -. ..спорта. И что ты знаешь такие вещи, про которые мы в своих дурацких романах и не читали.
— Ну, я же правда, только правду сказала! - Аня засмеялась, смущённо и гордо.
Она потянулась через Свету ко мне, погладила меня по волосам, демонстративный, владельческий жест.
— Я просто сказала, что ты умеешь... ну... делать так, что забываешь, как тебя зовут. И что с тобой не страшно пробовать что-то... новое!
В темноте её слова висели, как разряжённый воздух перед грозой. Света смотрела на меня с вызовом, но в её взгляде уже не было скепсиса. Был интерес. Голый, животный интерес.
— Ну, чемпион - протянула она: - И что, правда? Ты можешь... ну... чтобы было не тяжко? Для всех сразу?
Она произнесла это так просто, будто спрашивала, умею ли я жарить шашлык. Но смысл был ясен. Аня не просто намекнула. Она «отрекламировала» идею. И главное — она сделала это от своего лица, как бы делясь своим увлекательным открытием с подругами. Теперь это было не моё предложение, а их общее любопытство, разожжённое ею.
Я почувствовал прилив силы. Скромность и стеснение испарились. Это был мой шанс.
Ладно, вернусь к нему после музыки и предложу более простую игру.
После того как джаз отыграл и в комнате повисла тишина, стало немного неловко. Все сидели, погружённые в свои мысли, и нужно было что-то, чтобы сдвинуть дело с мёртвой точки.
— Ну что, просто сидеть будем? — сказала Аня, и её голос прозвучал немного громче, чем нужно.
Света потянулась, её майка приподнялась, открывая плоский, упругий живот: - А что предложишь?
— Давайте... сыграем в «бутылочку! - выпалила Аня, и я увидел, как у Иры округлились глаза.
Света фыркнула: - Бутылочку? Мы же не в пионерлагере. Давай что-то посерьёзнее!
Я увидел свой шанс.
— А давайте в «правду или действие»... с раздеванием. Кто отказывается от действия — снимает одну вещь. Любую.
Идея повисла в воздухе. Глупая, подростковая, но работающая в этой атмосфере. Света первая
Гарбузов? родич? ? (на новый лад)