вопреки всему, начало на это откликаться. Влагалище, уже мокрое от Тома, выделило новую порцию смазки, обволакивая его член ещё сильнее. Мышцы ануса, сначала сжатые в панике, начали понемногу расслабляться, подстраиваясь под размер и ритм Виктора, принимая его. Она не просто терпела. Это было медленное, ужасающее привыкание. Её сознание кричало, но её плоть начинала отзываться на эту порочную, всепоглощающую полноту глухим, нарастающим возбуждением. Она чувствовала каждый сантиметр обоих членов, их пульс, и где-то в самой глубине, в ее матке, начало зарождаться знакомое, проклятое напряжение — предвестник того наслаждения, которое она уже испытала однажды и теперь боялась больше всего.
Когда Виктор кончил — горячая струя хлынула внутрь, — он вышел, обошёл матрас и встал на колени над лицом Тома.
Том не ждал команды. Сразу — прижался губами к мошонке, лизнул — сначала по коже, потом по венам, поцеловал, всосал одно яичко, потом другое, как будто выучил урок, как будто понял: это — часть его обязанностей.
Эмили, не прекращая плавных движений на члене сына, потянулась к Виктору. Она взяла его влажный, ещё пульсирующий член в рот, обхватив губами сначала головку, собрав остатки спермы и смазки, а затем, скользнув губами вниз по стволу, приняла его глубже. Она сосала не спеша, но сосредоточенно: её язык водил твёрдыми кругами по чувствительной уздечке под головкой, потом прижимался к самому стволу, ощущая над собой набухшие вены. Каждое движение её головы было отлажено и почтительно — она не просто выполняла действие, а демонстрировала принятие его власти, подтверждая их новую реальность без единого слова.
Виктор потрепал её по голове, как хозяин треплет любимую собаку, и сказал, голос был тёплым, почти нежным:
— Вы сегодня молодцы. Оставайтесь такими же.
Он кончил второй раз — ей в рот, и Эмили не проглотила, не выплюнула — наклонилась и поцеловала сына в губы, глубоко, с открытым ртом, и передала ему остатки — тёплые, солёные, с горьковатым привкусом, как будто делилась с ним самым важным доказательством того, что они — вместе, что их не разделят, что это — их жизнь.
Виктор уже выходя из их камеры, на мгновение задержался и достал из внутреннего кармана смятый лист газеты, протянул его Эмили
— Читай. Похоже, про вас.
Эмили ощутила, как внутри всё сжалось в ледяной ком. Рука, которую она протянула, была влажной от пота и дрожала мелкой, предательской дрожью. Ничего хорошего ждать не приходилось. Каждая «новость» от Виктора была лишь очередным слоем бетона, наглухо замуровывающим их в этом подземном мире.
[Фото: слева — Эмили, 30 лет, в саду, в синем платье, с чёрными волосами до плеч, улыбается, держит в руках ромашку; справа — Том, 10 лет, в школьной форме, с растрёпанными чёрными волосами, с зелёными глазами и неуверенной улыбкой.]
С огромной болью и невосполнимой утратой мы сообщаем о кончине ЭМИЛИ РОСС и её сына ТОМАСА (ТОМА) РОССА, произошедшей 20 ноября 2024 года в результате трагической аварии.
Эмили была яркой, доброй, неутомимой матерью, чья любовь к Тому была её главным смыслом. Она верила в честность, трудолюбие и силу семьи. Её улыбка, её смех, её забота — всё это навсегда останется в наших сердцах.
Том был умным, чувствительным мальчиком, который мечтал стать программистом. Он любил математику, видеоигры и долгие прогулки с мамой. Его тихий голос и тёплый взгляд успокаивали всех, кто знал его.
Церемония прощания состоится в субботу, 23 ноября, в 14:00, на кладбище «Пайнвью» (Oakwood Pines). Венки и цветы — у
Юношеская любовь (Часть 1)