моей руки. Я видел изгиб каждой груди, тень между ними, кружевную кайму лифчика.
Я начал объяснять, запинаясь, сбиваясь. Она смотрела не в тетрадь, а на мои губы. Потом её рука легла мне на колено.
— Ты так хорошо объясняешь, - прошептала она: - У тебя... терпеливый голос.
Её пальцы начали медленно двигаться по моей ноге вверх, к бедру. Я замер.
— Аяка... математика...
— Забудь про математику, - она перебила меня, и её голос потерял все игривые нотки, став низким, серьёзным: - Это был просто повод. Чтобы ты пришёл.
Она повернулась ко мне всем телом, и теперь её лицо было в сантиметрах от моего. Её глаза были тёмными, бездонными.
— Я хочу тебя, Такуми. Я наблюдала за тобой давно. С тех пор, как мы стали старше. Ты... не такой, как эти мальчишки. Ты чувствуешь глубже. И ты красивый. Твоё тело... - её рука скользнула выше и накрыла мой уже полностью напряжённый член через тонкую ткань шорт. Я вздрогнул: - Оно говорит правду.
— Мы... мы в школе... с Маоко...
— Школа? - она фыркнула, и в этом звуке было столько презрения к нашему детскому лепету, что мне стало стыдно.
— Эти уроки Гендерного просвещения - для детей. Чтобы они не поранились, исследуя своё тело ломаными гвоздями. Это детский сад. Игра в доктора. Я уже давно не девочка, Такуми, и уже многому научилась.
Она расстегнула свой халат полностью и стянула его с плеч. Он упал за её спину. Передо мной предстало её тело в полном великолепии - в одном лишь чёрном кружевном комплекте, который выглядел на ней иконой соблазна. Каждая выпуклость, каждый изгиб был совершенен. Её кожа сияла под мягким светом лампы.
— Я могу показать тебе, что такое по-настоящему, - сказала она, и её пальцы нашли пояс моих шорт, начали расстёгивать пуговицу: - Гендерно просветить... Хочешь, научу тебя?
Я не мог вымолвить ни слова. Я мог только кивнуть, парализованный вожделением и страхом. Она стянула с меня шорты и трусы одним движением. Мой член, огромный и напряжённый, подпрыгнул, ударившись о её живот. Она посмотрела на него с одобрительной, почти профессиональной улыбкой.
— Хорошо сложен, - констатировала она и без всяких прелюдий, уверенно наклонилась.
Её губы обхватили мой, уже вздрагивающий от возбуждения, напрягший член. Тепло, влажность, невероятная мягкость. Но не нежность. Это был целенаправленный, умелый захват. Её язык сразу нашёл самую чувствительную точку под головкой и принялся работать - быстрыми, вибрирующими движениями. Я вскрикнул, вцепившись пальцами в её волосы. Ничего в моей жизни, даже самые смелые фантазии, не было похоже на это. Это было не исследование, как с Маоко. Это была атака. Покорение.
Она контролировала каждый мой вздох, каждый стон. Она то поглощала меня полностью, до самой глубины горла, заставляя меня задыхаться, то играла только кончиком, щекоча языком. Её руки не были пассивны - одна сжимала и перекатывала мои яйца, другая впилась в мою ягодицу, притягивая меня глубже. Я был её инструментом. И я таял, растворялся в этом немыслимом, шокирующем наслаждении.
— Ты скоро кончишь? спросила она, на секунду отпустив меня. Её губы блестели. Я мог только кивнуть, потеряв дар речи: - Нет. Не сейчас. Мне нужно тебя внутри.
Я подумал, что давно бы кончил, если перед встречей не разрядил заряд дома в раковину в душевой комнате.
Она отстранилась, и быстрыми, ловкими движениями сняла с себя лифчик и трусики. Её тело было полностью обнажено. Идеальное. Взрослое. Я видел тёмный треугольник волос на лобке, уже влажный, блестящий. Она взяла мою руку и прижала её к себе между ног.
Иван.......