тестовое сообщение. Мой телефон в груде одежды тихо завибрировал: - Тогда, может, как-нибудь... Не думал о том, чтобы попрактиковаться втроём? Аяка говорила, ты быстро учишься. А я... я люблю смотреть.
Она произнесла это так же просто, как если бы предлагала сходить в кино. И, прежде чем я успел что-либо сказать, а сказать я ничего и не мог, мой мозг полностью отключился от перегрузки, она встала, легонько хлопнула меня по плечу и пошла прочь, к Аяке. Та встретила её одобрительной ухмылкой. Они что-то шепнулись, и обе бросили на меня взгляд, Аяка -властный и довольный, Юки - заинтригованный и игривый.
Я сидел на мате, весь в засохшей сперме и холодном поту. Осознание накрывало волнами. Моя тайна, мой грех, моё единственное «взрослое» достижение, теперь было достоянием не только Аяки. Оно стало инструментом в их игре. А я был просто персонажем в их сценарии. И самое ужасное, что где-то в глубине, под толщей стыда и страха, копошился тёмный, липкий интерес. Предложение Юки прозвучало в моей голове с пугающей яркостью, и мой предательский организм откликнулся на него слабым, но отчётливым импульсом.
Я медленно начал одеваться. Со стороны раздевалок доносился смех - смеялась Юки. Аяка что-то говорила ей тихо, и тот смех становился ещё громче. Я знал, что они смеются надо мной.
Когда я выходил из спорткомплекса, на крыльце, куря электронную сигарету, стояла Маоко. Она увидела меня, и в её пустых, ледяных глазах на секунду мелькнуло что-то - не боль, не гнев. Презрение. Чистое, безразличное презрение к тому, во что я превратился, к тому, как меня теперь открыто обсуждают, как на меня смотрят. Она сделала последнюю затяжку, выдохнула струйку пара и, не сказав ни слова, развернулась и ушла.
Я стоял один, сжимая в кармане телефон, на экране которого горело новое сообщение от незнакомого номера: «Привет, это Юки :) Не забывай про наше маленькое секретное домашнее задание».
И я понимал, что колесо, в которое я попал, только набирало обороты. И выпрыгнуть из него у меня уже не хватало ни сил, ни, что было страшнее, желания.
Часть 5
В школе было словно в пьяном угаре. На перемене Юки, проходя мимо, «случайно» роняла учебник прямо передо мной. Когда я нагибался, чтобы поднять, она наклонялась одновременно, и её волосы, пахнущие теперь не только корицей, но и дорогими духами Аяки, скрывали нас от класса на пару секунд. Её губы касались моего уха: - Скучаю по твоему вкусу, Ито-кун. Аяка говорит, ты сладковатый.
И она отходила, оставляя меня с дикой эрекцией и трясущимися руками.
Аяка действовала тоньше и жёстче. Она ловила мой взгляд через весь класс и медленно, на виду у всех, проводила кончиком языка по верхней губе. Или, сидя на подоконнике в спортзале и болтая ногами, она задирала юбку ровно настолько, чтобы я видел край её чёрных кружевных трусиков. Её послание было ясно - «Я знаю каждую твою слабость. И я решаю, когда тебе страдать».
А Маоко... Она всё понимала... Маоко просто стирала меня. Она смотрела сквозь меня, как сквозь стекло. Когда наши пути пересекались в узком коридоре, она отворачивалась к стене, будто боялась зацепить не меня, а нечто грязное и липкое. Её игнорирование было совершенным, абсолютным. Оно говорило громче любого крика - «Ты перестал существовать. Ты - ноль»
Эти три дня дома я превратился в животное. Как только дверь моей комнаты закрывалась, меня накрывало. Это была не мастурбация для удовольствия или даже для разрядки. Это была ярость. Яростная, отчаянная попытка выжечь из себя их образы, их запахи, их власть.
Случайные связи 4