сжимали соски Алисы, в то время как её губы нашли грудь Насти.
Теперь они были единым организмом. Настя, продолжая терзать Алису, протянула руку назад, притягивая к себе Марину за талию. Марина оказалась зажата между ними. Три пары бедер, три живота, шесть грудей — всё это смешалось в неразрывный узел плоти. Бронза Насти терлась о жемчуг Марины, создавая трение, от которого по залу разносился запах мускуса и возбуждения. Мы видели, как капли пота Насти стекали на живот Алисы, а Марина, в экстазе, слизывала их, смешивая вкусы друг друга.
Алиса была в эпицентре этого шторма. Она не просто принимала ласки, она руководила ими. Её руки обхватили головы подруг, прижимая их к себе, требуя большего. Она стонала в унисон с ними. Мы видели, как мышцы её пресса судорожно сокращаются, когда Настя находила наиболее чувствительные точки, а Марина в это время осыпала поцелуями её половые губы и клитор.
Ритм ускорялся. Это был уже не просто секс, это был ритуал освобождения. Марина, обычно такая сдержанная, теперь рычала, её ногти оставляли длинные красные борозды на спине Насти. Настя же, принимая эту боль как награду, только глубже погружалась в Алису, доводя её до состояния транса.
Они подошли к пику одновременно. Это была коллективная синхронизация, возможная только при абсолютном доверии. Алиса выгнулась так сильно, что её тело опиралось на стол только затылком и пятками. Марина вцепилась в её плечи, а Настя, издав мощный, победный крик, буквально вжалась в них обеих.
Их оргазм был разрушительным. Дубовый стол, казалось, вибрировал под их телами. Мы видели, как волны сокращений проходят через все три тела. Алиса задыхалась, её рот был приоткрыт в немом крике. Марина плакала, её слезы смешивались с потом Насти. Настя содрогалась в мощных спазмах, её сильное тело на мгновение стало жестким, как камень, а затем медленно, дюйм за дюймом, начало расслабляться.
Когда последняя волна удовольствия утихла, они остались лежать вповалку. Три женщины, полностью обнаженные физически и духовно, сплетенные руками и ногами. Их дыхание было тяжелым, заполняющим всё пространство зала. В воздухе стоял густой, осязаемый запах женского экстаза.
Алиса медленно открыла глаза. В них не было больше пустоты или ожидания — там была полнота жизни. Настя, тяжело дыша, положила голову на грудь Алисы, а Марина прижалась к её боку, уткнувшись носом в её плечо.
Они были готовы. Они прошли через огонь собственного желания, чтобы теперь встретить нас. И в этот момент мы Виктор, Костя и я поняли, что наше время пришло. Мы не сговаривались, но наше движение было синхронным, словно мы были частями одного механизма.
Настя приподнялась на локтях, её взгляд, затуманенный недавним оргазмом, мгновенно сфокусировался, как только она почувствовала наше приближение. В её глазах вспыхнул знакомый азарт. Она знала, что сейчас начнется её самое главное испытание.
Мы окружили её, создавая плотное кольцо из мужских тел. Виктор встал за её головой. Его мощные плечи заслонили свет свечей, погружая лицо Насти в тень. Костя расположился слева, его рука легла на её бедро, чувствуя, как под кожей перекатываются жгуты мышц. Я встал прямо перед ней, между её широко расставленных ног, которые всё еще покоились на дубовой поверхности.
Она была великолепна в своем изнеможении. Её бронзовая кожа блестела, подчеркивая каждый кубик пресса. На её груди, тугой и высокой, виднелись следы зубов Марины, а соски были настолько темными, что казались черными. Её дыхание было рваным, живот судорожно втягивался при каждом вдохе, создавая глубокую впадину под ребрами.
Мы начали одновременно. Это не была ласка — это было тактильное нападение. Виктор просунул свои руки ей под мышки и
Отец-молодец 2