звукам корабля. Гул буксира. Плеск воды за бортом.
И вдруг сквозь тонкие перегородки донёслось знакомое — ритмичное поскрипывание койки, приглушённые стоны, тяжёлое дыхание. Из каюты старпома. Олег Владимирович и Оксана. Снова.
Я прислушался машинально — и понял, что меня это не волнует. Совсем. То, что вчера заставило замереть у окна, сжимая поручень, сегодня просто... было. Чужая жизнь, чужие страсти. У меня теперь своя была. Своя, пусть и с привкусом чужого имени на губах.
Скрип усилился, потом донёсся приглушённый женский вскрик — и стихло.
Я перевернулся на бок и закрыл глаза.
А в голове крутилось Маринкино: «Завтра тебя ждёт сюрприз».
Что они ещё придумали, эти пять бесенят в комбинезонах, измазанных краской?
Глава 3 Шоу для капитана
Я встал рано, хотя заснул только под уто. Всё ворочался, думал о Маринке, об Оле. Выпил кофе, который Оксана принесла как обычно — с сырниками и своим тёплым "Смачного, пане капітане". Смотрел на неё, вспомная ночные звуки из каюты старпома.
Вышел на палубу. Девчонки красили — те же белые комбинезоны, те же пятна краски, те же обтянутые фигуры. Маринка стояла на козлах, тянулась валиком к переборке, и когда я проходил мимо, обернулась, подмигнула и улыбнулась так, что у меня сердце ёкнуло.
— Добрый день, товарищ капитан! — крикнула звонко: — Хорошо спалось?
Я только кивнул, чувствуя, как краснею. Ира хмыкнула, Таня загадочно улыбнулась, Катя отвела глаза, Света покраснела. Все знали. Или догадывались.
День я убивал как мог. Проверил оборудование — в который раз. Переложил бумаги. Посмотрел на карту. Выпил ещё кофе. Посчитал бутылки горилки — девятнадцать, одна уже в девчачьей каюте.
К вечеру я места себе не находил. Что за сюрприз? Что она придумала? Может, просто пошутила?
За ужином я еле сидел на месте. Олег Владимирович что-то рассказывал про планы на завтра, девчонки хихикали, Оксана разносила тарелки. А Маринка сидела напротив и смотрела на меня так, что ложка из рук падала. Хитро, масляно, с прищуром. Иногда подмигивала, иногда облизывала губы, и я вспоминал, как эти губы смыкались вокруг моего члена прошлой ночью.
Таня, брюнетка, сидела рядом с ней и тоже поглядывала — но как-то иначе. Спокойнее, загадочнее, с лёгкой полуулыбкой. Будто знала что-то, чего не знали другие.
Ужин кончился. Я попрощался, поднялся в каюту. Сердце колотилось, как у мальчишки.
Час. Два. Я ходил из угла в угол, садился, вставал, брал книгу, откладывал. В иллюминатор светил всё тот же прожектор буксира. Где-то внизу смеялись девчонки, слышалась музыка — кажется, магнитофон включили.
Я уже начал думать, что ничего не будет, что Маринка просто пошутила, что сюрприз отменяется...
Стук в дверь.
Я рванул так, что чуть не сорвал ручку. Открыл.
На пороге стояли две.
Маринка — рыжая, в том же зелёном платье, с хитрющей улыбкой на лице. А рядом с ней — Таня. Брюнетка. В чёрном обтягивающем платье, с гладко зачёсанными волосами, с большими карими глазами и той самой загадочной полуулыбкой.
Я открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
— Ну чего застыл, капитан? — Маринка шагнула вперёд, заходя в каюту: — Принимай гостей.
Таня вошла следом, тихо, плавно. Оглядела каюту, потом перевела взгляд на меня.
Маринка взяла Таню за руку, подвела ближе ко мне.
— Она тоже хочет, — сказала просто: — Смотрела на тебя весь день, вздыхала. А я что? Я девочка добрая, люблю делиться. Тем более, когда подруга просит.
Таня стояла, глядя мне прямо в глаза. В её взгляде не было вызова или наглости — только тихое, спокойное желание. И ожидание.
— Если вы не против... — добавила она.
— Я не против, — выдохнул я, чувствуя, как кровь приливает к паху: — Совсем не против.
Это наш день, девочки