Она открыла глаза и посмотрела на меня. В этом взгляде было столько всего — и страсть, и нежность, и какая-то удивительная благодарность. Будто она не просто получала удовольствие, а дарила его, и это было взаимно.
— Хорошо? — спросила она тихо, чуть замедляя ритм.
— Очень, — выдохнул я, проводя руками по её спине, чувствуя, как под кожей перекатываются мышцы: — Ты суперская.
Она улыбнулась и ускорилась. Я сжал её бёдра, помогая, задавая ритм, и мы двигались уже вместе, синхронно, как одно целое. Влажные звуки, её тихие стоны, моё хриплое дыхание — всё смешалось в один ритм.
Я приподнялся, обхватил её за талию и поцеловал, напрочь забыв, что она проститутка — долго, глубоко, чувствуя, как наши языки переплетаются в такт движениям. Она отвечала жадно, кусала мои губы, и это было даже лучше, чем секс.
Когда мы оторвались друг от друга, она посмотрела на меня мутными, плывущими глазами и прошептала:
— Я сейчас...
Я чувствовал, как её тело напряглось, как мышцы внутри начали пульсировать вокруг моего члена. Но я был сдержан. Вчера три раза с Олей, сегодня полчаса назад отличный минет — организм держался, и я дал ей насладиться сполна. Я замер, позволяя Лере самой задавать ритм, самой контролировать своё удовольствие.
Она задвигалась быстрее, резче, запрокинув голову. Каштановые волосы хлестали по спине, грудь подпрыгивала, соски затвердели до предела. Из её горла вырвался низкий, протяжный стон, тело выгнулось дугой, и она кончила — сильно, глубоко, содрогаясь всем телом. Я чувствовал, как её мышцы сжимаются вокруг меня волнами, как пульсирует внутри каждая клеточка.
Я смотрел на неё и не мог оторваться — это было красиво. Настоящий, женский оргазм, без фальши, без игры.
Она обмякла, упала мне на грудь, тяжело дыша. Я гладил её по спине, чувствуя, как последние судороги пробегают по телу, и перевёл взгляд на Алёну с Володей.
Они были на пике. Володя вбивался в неё сзади, ритмично, глубоко, и Алёна уже не сдерживалась — громко сопела, вцепившись руками в подушку. Её длинные тёмные волосы разметались по спине, каблуки вздрагивали в такт каждому толчку.
— Да, да, ещё! — выкрикивала она, и я видел, как её тело начинает содрогаться.
Володя зарычал, ускоряясь, и Алёна кончила — громко, взахлёб, выгибаясь под ним. Её аааах заполнил комнату, смешиваясь с его рычанием. На секунду они замерли в этой позе, тяжело дыша, потом Володя медленно вышел из неё и, не теряя ни секунды, рванул к кровати.
Я даже не успел моргнуть, а он уже был рядом с Лерой. Схватил её за руку, оторвал от меня и буквально перетащил на застеленную кровать, которая стояла в углу комнаты. Лера только охнула от неожиданности, но не сопротивлялась — наоборот, в её глазах мелькнул тот самый азарт.
Володя поставил её раком, прямо посередине кровати. Лера послушно встала на четвереньки, прогнулась в спине, отставив зад — идеально, как учили. Её каштановые кудри рассыпались по подушке, попа приподнята, каблуки торчат вверх. Володя опустился сзади, провёл рукой по её ягодицам, раздвинул их, заглядывая в ложбинку.
Я откинулся на спинку дивана и просто смотрел. Рядом, на ковре, всё ещё лежала Алёна — в полной прострации, раскинув руки, тяжело дыша. Её грудь вздымалась, глаза закрыты, на лице застыло выражение полного блаженства. Она даже не шевелилась, только иногда вздрагивала, когда остаточные судороги пробегали по телу.
Володя тем временем уже колдовал над анусом Леры. Он выдавил на пальцы крем из тюбика и начал массировать, подготавливать. Лера вздрагивала при каждом прикосновении, тихо постанывая, уткнувшись лицом в подушку. Каштановые
Туалетная шлюха