повернулась и снова впилась губами в губы Анны. На этот раз без прелюдий, без шуток «как в школе». Это был голодный, откровенно сексуальный поцелуй. Марина прикусила нижнюю губу Анны, та ахнула и тут же ответила, запустив пальцы в ее темные волосы.
Алексей перестал даже делать вид, что смотрит в сторону. Он наблюдал, завороженный и пьяный от зрелища. Его собственное тело отреагировало предательски: тепло разлилось по низу живота.
— Ну что, — сказал он, когда поцелуй закончился, и его собственный голос прозвучал хрипло и глухо. — Пора, наверное, сауну затестить? Аня, пойдем... переодеваться?
Он встал, слегка пошатываясь, и протянул руку жене. Но встала не она.
— О, отличная идея! — воскликнула Марина, поднимаясь с пуфа с грацией большой кошки. — Только я, кажется, забыла тебе сказать, Алеша... отдельной переодевалки тут нет. — Она сделала пару шагов к нему. От нее пахло дорогими духами, вином и чем-то сладким, кожным. — Но, думаю, нам она и не нужна. Мы же тут все свои, правда?
Она стояла совсем близко. Ее карие глаза, полуприкрытые тяжелыми веками, смотрели на него с лукавым вызовом. Прежде чем он успел что-то ответить, она легко шлепнула его по заднице. Шлепок был неожиданным, фамильярным и откровенно вызывающим.
— Давай, красавчик, не стесняйся. Покажи класс. Ты же хочешь увидеть что у меня под платьем? — Она хихикнула, ее голос стал ниже, полным похоти.
С этим словами она, не отрывая от него взгляда, схватила подол своего черного платья. Одним плавным, театральным движением она стянула его через голову и бросила на пуф. Под платьем оказался не купальник, а комплект черного кружевного белья. Лифчик с косточками, едва сдерживавший ее пышную, тяжелую грудь с темными, крупными сосками, проступавшими сквозь ажур. И стринги, такие же ажурные, узкой полоской врезавшиеся в полные, мягкие бедра.
У Алексея перехватило дыхание. Это было не «девичье» тело, как у Ани. Это было тело женщины — роскошное, уверенное в своей силе, немного обжигающее своей откровенностью. Алкоголь и шок смешались в нем, вытеснив остатки сомнений. Он почувствовал, как кровь приливает к паху, и его член, уже полный и тяжелый, болезненно уперся в шов джинсов. Он не смог скрыть эту реакцию, стоя так близко.
Марина заметила. Ее взгляд скользнул вниз, и на ее губах расплылась удовлетворенная, хитрая улыбка.
— Ох, какой внимательный... — прошептала она. Затем, повернувшись к нему боком и демонстрируя изгиб талии и бедра, она потянулась к застежке лифчика на спине. — Помоги, Алексей. Неудобно одной.
Это была не просьба. Это был приказ, завуалированный под игривое предложение. Алексей, словно в трансе, шагнул к ней. Его пальцы, неуверенные и дрожащие, нашли крошечные крючки. От ее кожи исходил жар. Он почувствовал, как она слегка выгнула спину, помогая ему. Защелка расстегнулась. Марина, не оборачиваясь, стянула лифчик и бросила его следом за платьем. Ее грудь освободилась, полная, тяжелая, слегка колышущаяся при движении. Алексей не мог оторвать глаз.
— А теперь трусики, — сказала она, глядя на него через плечо. — Их я уж точно сама снимать не буду, если рядом мужчина.
Она слегка расставила ноги. Алексей опустился на колени перед ней. Паркетный пол был прохладным под его коленями. От ее тела, от этой близости паха, затянутого в черное кружево, пахло еще интенсивнее, сладко и пряно. Его пальцы вцепились в тонкие полоски стрингов по бокам ее бедер. Кожа там была невероятно нежной, бархатистой. Он потянул вниз. Ткань соскользнула, обнажая густой темный треугольник лобка, полные, влажные губы. Он стянул трусики до ее щиколоток. Она шагнула из них, и перед ним предстала ее
Она хотела как лучше