о тебе! Он про трафик на дорогах рассказывал, чтобы обратно ехать в воскресенье вечером.
— И всё?
— И всё! Ух! Ну слава Богу, а то я уже решила, что у меня всё на лице написано, все мои мысли нехорошие!
— Не на лице, но как бы и вправду написано. И почему это нехорошие? Очень даже замечательные!
— Что? Ты о чём?
— Да об этом, — сказал я и мокро почавкал в её вагине двумя своими пальцами.
От чего она и вздрогнула, и чертыхнулась одновременно:
— Как можно таким быть? — упрекая, но с затуманенным взором, она откинула голову, обмякнув в моих руках и подрагивая коленками. В этот раз она не сжимала ноги, и моя рука гуляла у неё совершенно свободно.
— Каким?
— Таким беспардонным, наглым, настырным, бессовестн…ым… Ах! — Голова её вернулась мне на грудь. Вся прижавшись ко мне, крепко обняв, она глубоко и сладко вздохнула, крупно дрогнула телом, сжав бёдра, и коротко спустила. Простояв недвижимо минуту, Галя боком выкрутилась с моих пальцев. Чуть отдышавшись, она подняла сияющие глаза и продолжила упрёки: — Как я теперь домой пойду? Меня качает и в ногах слабо! Дай посижу немного! — Рукой она уже нашарила спинку стула и тяжело опустилась на него. — Подойди ко мне! Встань вот так. Давай!
Она по-хозяйски распустила мне штаны и извлекла мой вздыбленный член, который, распрямившись, лёг ей в ладонь.
— У-у-у, какой он у тебя! — протянула Галя, внимательно рассматривая его. Пальчиками она сдвинула крайнюю плоть, обнажая головку, и поворачивала её то в одну, то в другую сторону, разглядывая, как ворона — зеркальце, мой напряжённый половой орган.
— Какой «такой»? — не понял я.
— Ну… другой!
Что такого она увидела — может, это был второй член в её жизни, а может, у него были необычные размеры, или муж у неё был обрезанным, а я нет… Гадать можно было бесконечно, а расспрашивать — значит просрать интимный момент. Я не стал мучить её вопросами, понял этот ответ по-своему и просто стоял, предоставив свой мужской орган в полное её распоряжение.
Она взяла его в кулачок и немного подрочила:
— Так не больно? — участливо спросила она.
— С чего это больно? Очень даже приятно!
— Хочешь, я возьму его в рот? Мужу нравится!
— Будь добра!
Она ещё пододвинула меня к себе, взявшись за мои бёдра, и старательно, как галчонок, открыв рот, стала заталкивать член в себя, перебирая губами. Когда он зашёл довольно глубоко, Галя прикрыла рот, плотно обхватив ствол колечком губ, и стала кругами водить языком внутри, засасывая, втягивая его в себя напряжёнными щеками. Она шумно дышала носом, качая меня целиком туда-сюда за бёдра.
Сосала она тщательно, не отвлекаясь, нацеленная на результат. Некоторая простоватость и наивность её движений, шикарная фактура, воспоминания о только что кончившей в моих руках женщине — всё это так возбудило меня, что я не продержался и пары минут. Не смог я и выдернуть член в последнюю секунду — застонав, начал спускать в сомкнутый на моём члене ротик. Она двигала меня, принимая выплёскивающийся заряд, не поменявшись в лице и никак не среагировав на сперму во рту.
Наконец я кончил, и она выпустила стремительно сдувшийся агрегат изо рта.
— Я нормально всё сделала? — спросила она с тревогой в голосе, вытирая рот тыльной стороной ладони.
— Просто фантастически! — Я схватил её в объятия, стараясь расцеловать. Но она начала упираться, отводя лицо, и боком двинулась к выходу.
— Да я на минуточку забежала, а уже не минуточка! Мой сейчас меня хватится, сказала, что в магазин пошла! Мне
Опущенный