Она начала с его шеи, оставляя влажные, обжигающие поцелуи на ключицах и груди. Её губы скользили по животу, собирая капли пота. Лёша закинул руки за голову. Он наблюдал за тем, как её светлые волосы рассыпаются по его бедрам. Это томительное ожидание было почти невыносимым — он чувствовал себя одновременно и властелином и пленником её ласк.
Перед тем как дойти до цели, она на секунду остановилась и подняла на него глаза.
— Теперь моя очередь, сынок, — прошептала она, и её горячее дыхание коснулось самой напряженной головки, ожигая её. — Я хочу, чтобы ты забыл, как дышать.
— Ох, мамочка... Сделай это. Покажи насколько ты можешь быть благодарной.
Её губы, мягкие и умелые, наконец достигли своей цели. Когда она коснулась его, Леша непроизвольно выгнулся, издав хриплый, сдавленный стон. Она действовала уверенно, со знанием дела, используя каждую секунду. Покрепче схватив член сына, женщина взяла наполовину это великолепие, жадно смакуя вкус мужской терпкости. Её язык сплелся с головкой, массируя уздечку. Это был не просто минет. Это был акт любви женщины в своему любимому мужчине.
Леша запустил пальцы в её светлые волосы. Он не собирался отбирать у неё контроль, а лишь хотел ощущать шелк золотистых волос. Самым сильным в этот момент был её взгляд. Она смотрела ему прямо в глаза, не прерывая контакта ни на секунду. В её глазах читалось: “Смотри, что я могу сделать для тебя”. Этот немой диалог возбуждал его сильнее, чем любые прикосновения.
Кончик её языка продолжал выписывать узоры. Губы, обхватившие корень, методично выполняли свою сладострастную работу. Она использовала ладони, чтобы поддерживать его у основания, совмещая сразу несколько техник. Женщина чередовала медленные тягучие ласки с более глубокими и интенсивными, заставляя его тело то замирать, то содрогаться в ответ на внезапную смену ощущений.
— Тебе нравится, сынок? — спросила она, на секунду оторвавшись от угощения. Между её губами и членом повис маленький мостик из слюны.
— Мам, ты восхитительна. Ты делаешь это так, будто... будто я единственный человек в мире. Откуда в тебе столько ласки?
— Потому что ты мой сын, Лёша. Мой мужчина, которого я растила и воспитывала. Но сегодня я для тебя не только мать. Сегодня я твоя женщина.
— Я схожу от тебя с ума...
— Ещё нет, сынок. Но когда я закончу — сойдешь. — хитро подмигнув, мама принялась сосать член сына с удвоенной скоростью.
Женщина действовала с упорством женщины, которая не просит, а берет своё. Её движения стали резкими, ритмичными и пугающе точными. Она видела как сын вжимается затылком в диван. Ощущала как покрупнели вены на его мужском естестве. От такого темпа у парня перехватывало дыхание. Мама опустилась губами да самого основания, полностью заполняя собой пространство, обхватив его пенис горячим пленом.
Когда момент извержения стал неизбежен, она не замедлилась. Напротив, её напор стал максимальным.
— Сейчас, мам... Я... кончаю...— выдохнул парень, и его пальцы судорожно сжались на её плечах. Это было честное предупреждение о том потоке, который вот-вот должен был вырваться на свободу. Мама лишь плотнее сжала губы. Она была готова принять всё, что он осмелиться ей дать.
Это походило на прорыв плотины. Могучий белый столбы ударив в нёбо матери, как величественный гейзер, мгновенно заполняя весь её рот. Женщина судорожно пила “мужское вино”, наслаждаясь его фактурой и терпкостью. Семя сына стекало по горлу прямо в желудок матери, утоляя её голод и жажду, наполняя неподдельной любовью.
Лёша содрогался в руках мамы, отдавая всё, что копилось в нём долгие часы ожидания. Это было полное физическое и эмоциональное опустошение, принесшее
Я и моя сеструля