прекрасно всё слышал. Ему нужно было, чтобы она повторила громче. Без возможности отыграть назад. — Не расслышал. Повтори на камеру.
— Хочу, — сказала Лика громче.— Хочу, чтобы ты... — она запнулась, но отступать было некуда, —. ..трахнул меня в попку.
Она посмотрела Димону прямо в глаза. Голос её внезапно окреп, обретя прежнюю силу.
— Всё, доволен? — спросила она с нескрываемым раздражением.
Паша фыркнул от смеха, зажав рот ладонью, но смех всё равно прорвался сквозь пальцы.
— Охуеть, — выдавил он сквозь смех. — Охуеть, какая стерва. Димон, ты слышал?
— Нет, не всё, — Димон покачал головой, продолжая откровенно над ней издеваться. Палец внутри неё шевельнулся. Так, между прочим, напоминая, кто здесь хозяин. — Добавь «пожалуйста». И «Димон». Чтобы вежливо.
Паша, уже не сдерживаясь, заржал в голос. Сергея тоже трясло. Картинка на экране телефона плыла, как в лихорадочном бреду, но он держал его мёртвой хваткой, понимая, что эти кадры будут дороже любого золота.
Лика тяжело вздохнула.
— Пожалуйста, Димон, — сказала она, разделяя каждое слово, словно читала по слогам. — Трахни меня в попку.
Паша перестал смеяться. Его член дернулся в руке, и он сжал его сильнее. Сергей, забыв про дрожь, приблизил телефон ещё на несколько сантиметров, поймав её лицо крупным планом.
Димон довольно усмехнулся и одобрительно, по собственнически похлопал её по заднице.
— Молодец. Хорошая девочка.
Не спеша, с издевательской медлительностью, он плюнул себе на пальцы и, грубо прикоснувшись к её анусу, снова надавил. Лика вздрогнула, как от удара током, издав тихий, испуганный звук. Дрожь прошла от макушки до пяток, заставив сжать и снова расслабить ягодицы.
— Т-ш-ш-ш, — Димон усмехнулся, поглаживая её поясницу. — Тихо. Сама захотела, теперь терпи.
Он начал смазывать её, разминая напряжённую, сопротивляющуюся мышцу. Указательный палец вошёл легко, без сопротивления. Второй пошел следом. Сфинктер сжимался под пальцами, пытаясь их вытолкнуть, но Димон был сильнее. Он давил и растягивал её, насильно готовя к последующему вторжению члена.
— Учитесь, пацаны, — сказал он, на секунду отвлекаясь. — Так надо разрабатывать тёлочек перед главным заходом.
Сергей снимал, затаив дыхание. Крупный план выхватывал анус, принимающий пальцы. Кожа вокруг него покраснела и набухла, готовясь к большему.
Димон засунул третий палец, и Лика закусила губу до крови. Каждое его прикосновение было кощунственным, таким, от которого внутри всё переворачивалось и хотелось забыться и убежать.
— Расслабься, шлюха. Тебе понравится. Я знаю.
Он вытащил пальцы и ослабил хватку. Впервые за всё время нежно и успокаивающе погладил её по спине. Лика облегченно выдохнула, опустив голову. Волосы рассыпались по земле, смешиваясь с иглами и засохшей спермой.
— Всем блядям в глубине души нравится, когда их ломают через боль. — Димон посмотрел на Сергея и Пашу, убедившись, что они видят. Потом снова перевёл взгляд на неё.
Он приставил головку своего члена к её крохотному, отчаянно сжавшемуся анусу. Контраст был пугающим. Казалось немыслимым, чтобы нечто огромное, жилистое и агрессивное могло войти в столь малое, хрупкое и беззащитное.
— Димон, да ты её порвешь нахуй! — с восхищением, смешанным с неподдельным ужасом, выдохнул Паша. В его глазах читался восторг перед предстоящим зрелищем.
— Это она меня порвет своей теснотой. — Проворчал Димон и плюнул уже на свой возбуждённый до предела член, смазывая его головку. Он всё ещё водил членом по её анусу, не входя, а лишь слегка надавливая.
Димон чувствовал, как вся она дрожит, и сжимает анус. Он выжидал, потому что знал: это должно произойти, когда она будет готова.
Валентина Александровна