Они упали на кровать, тяжело дыша, всё ещё глубоко соединённые. Елена повернулась к нему, обняла за шею дрожащими руками и поцеловала в губы — нежно, трепетно, почти по-матерински, но с такой глубокой, всепоглощающей любовью, что у Максима защипало в глазах.
— А теперь иди в свою комнату, солнышко, — прошептала она, проводя пальцами по его щеке. — Это было только для тебя. Наше маленькое, грязное, прекрасное исключение. И... это останется нашей тайной. Никто никогда не узнает, как сильно мама любит своего мальчика.
Глава 3. Последние дни августа
Прошло чуть меньше трёх месяцев с той ночи в ванной и на её кровати. На дворе стоял конец августа — жаркий, пыльный, последний месяц лета. В воздухе уже чувствовалась лёгкая грусть предстоящей разлуки: Максиму предстояло уезжать в университет в другом городе. Чемодан уже стоял в углу его комнаты, наполовину собранный.
За эти месяцы всё изменилось.
Елена перестала прятаться. Она больше не убегала и не закрывалась в комнате. Наоборот — стала одеваться ещё откровеннее, чем раньше. Короткие шортики дома, которые едва прикрывали её упругую попку, глубокие декольте, через которые просвечивали соски, чулки даже в жару. Она снова обнимала его по утрам, целовала в щёку, но теперь эти поцелуи длились чуть дольше, а её рука иногда задерживалась на его груди или скользила по бедру, словно проверяя, как сильно он на неё реагирует. Они снова болтали часами на кухне, смеялись, поддразнивали друг друга. Граница между «мамой» и «женщиной» окончательно стёрлась, но при этом осталась какая-то странная, сладкая нежность — она всё ещё называла его «солнышко», но в глазах уже горело совсем другое.
Максим даже начал подрабатывать с ней в «Миднайт Вельвет». Не барменом — просто помогал на складе, разгружал ящики с алкоголем, иногда стоял за охраной у входа. Именно там он и познакомился с Катей — молодой официанткой, яркой двадцатилетней брюнеткой с длинными волнистыми волосами, карими глазами-озёрами и пухлыми, всегда чуть прикушенными губами. У неё была идеальная фигура: высокая грудь третьего размера, тонкая талия и длинные, стройные ноги, которые она любила подчёркивать очень короткими юбками и высокими каблуками. Катя была весёлой, дерзкой и открытой — именно такой, какой Максиму и хотелось после всех этих месяцев запретных фантазий о Елене.
Они начали встречаться. Первый настоящий секс в его жизни случился именно с ней — страстный, горячий, почти животный. Катя обожала риск. Она могла неожиданно встать перед ним на колени в тёмном подъезде дома, расстегнуть ширинку и взять его член в рот — глубоко, мокро, жадно, глядя ему в глаза и проглатывая каждый сантиметр. Она любила делать ему минет на улице, за углом клуба, пока мимо проходили люди. Всегда доводила до конца и всегда проглатывала сперму до последней капли, облизывая губы и шепча: «Вкусный мой». Но анал она категорически не хотела — «Это только для особенных, а я пока не готова быть такой особенной», — говорила она с лукавой улыбкой. Максим не настаивал. С Катей ему было легко, ярко и без осложнений. Она давала ему то, чего не могла дать Елена... пока.
Но однажды вечером, когда Катя приехала к нему домой, а Елена должна была быть на смене, всё пошло не по плану. Мама вернулась раньше. Она тихо открыла дверь и увидела, как Максим трахает Катю раком на диване в гостиной. Катя громко стонала, выгибаясь, а Максим держал её за бёдра и глубоко входил в неё. Елена замерла в дверях. Максим заметил её первым. Их взгляды встретились. Он ожидал
Я буду тебя пороть, а ты терпи. Часть 1