стройную, с этими чёртовыми голубыми глазами и светлыми волосами, которые сейчас собраны в хвост. На Настю — маленькую, хрупкую, с короткими каштановыми прядями и живыми карими глазами. И чувствую, как внутри опять скручивается что-то тёмное. Что-то, что не должно там быть.
Вчера. Обе. Сразу. Мать и Настя. Член всё ещё помнит каждую секунду.
Я трясу головой, прогоняя мысли. Сейчас не время. Сейчас — бой. Уровни. Выживание. Всё остальное — потом.
— Выдвигаемся, — говорю я и встаю.
Каньоны Севера встречают нас сухим ветром и запахом пыли. Красные скалы уходят вверх на десятки метров, образуя узкие проходы, и где-то там, в вышине, слышен хлопающий звук крыльев. Я выхожу вперёд, активирую скрытность — мир вокруг слегка меркнет, а мои движения становятся бесшумными. Интерфейс показывает значок невидимости: Скрытность: активно. Расход маны: 2 ед./сек. Обнаружение: -40% для врагов ниже 8 уровня.
— Вижу первую, — шепчу я, прижимаясь к скале.
Гарпия сидит на выступе метрах в двадцати от нас. Полуголая женщина с огромными кожистыми крыльями и птичьими лапами вместо ног. Грудь — два тяжёлых полушария, едва прикрытых перьями. Лицо — искажённое, хищное, с горящими жёлтыми глазами. Она чистит когти, и каждый её палец заканчивается острым, как бритва, когтём.
— Уровень? — спрашивает мать.
— Пятый, — отвечаю я. — Настя, огонь по готовности. Мать, баф на урон мне. Я снимаю скрытность прямо перед ударом.
— Принято, — говорит Настя, и вокруг её ладоней вспыхивает пламя.
Я скольжу вдоль стены. Каждый шаг — бесшумный. Каждый вдох — контролируемый. Гарпия не чует меня. Не видит. Она слишком занята собой.
Подхожу на десять метров. Пять. Три. Достаю кинжалы — клинки воронёной стали, отравленные ядом замедления, который я купил вчера у алхимика. Стоил дорого, но сегодня окупится.
— Давай, — выдыхаю я.
Благословение света: +15% к урону на 30 секунд. Наложено Алениэль.
И я выпрыгиваю из тени.
Первый удар — в основание крыла. Кинжал входит с хрустом, и гарпия издаёт оглушительный вопль. Она пытается взлететь — но крыло не слушается. Второй удар — по горлу. Яд мгновенно растекается по венам, замедляя её движения.
— Настя!
Огненный шар врезается гарпии в грудь. Перья вспыхивают. Запах горящей плоти бьёт в нос. Гарпия кричит — пронзительно, жутко — и падает с выступа, рухнув на камни внизу.
— Или сохраним, — говорит мать. — Для будущих зелий.
Я киваю и оглядываю каньон. Впереди — ещё три гарпии. Одна на выступе, две парят в воздухе. Сразу всех не снять — поднимут тревогу, и тогда на нас накинется вся стая.
— По одной, — говорю я. — Работаем как прежде. Скрытность — подбираюсь — удар — Настя добивает.
— Скучно, — вздыхает Настя. — Я тоже хочу вблизи.
— Ты маг, — напоминаю я. — Твоя работа — кастовать с дистанции и не умирать.
— Задолбало не умирать.
— Настя, — мать кладёт руку ей на плечо, — поверь мне, умирать — это ещё хуже. Особенно в этой игре.
Настя замолкает. Мы все помним Каябу и его слова. Смерть в SAO — реальна. И это не метафора.
Я активирую скрытность и двигаюсь к следующей гарпии.
Скрытность сжирает ману с противным писком в ушах — 2 ед./сек. — но я уже привык. Привык к тому, как мир выцветает по краям, а шаги становятся тише дыхания. Привык к запаху собственного пота, смешанного с пылью
Алина.Накану нового года