Категории: Зоофилы | Зрелые
Добавлен: 10.06.2026 в 05:01
из кровати, — место, где должно было быть его тело, стало холодным. Она села, сердце бешено колотилось, и увидела его сидящим у двери спальни, навострив уши в сторону коридора.
— Что ты учуял? — прошептала она.
Бруно повернула к ней свою огромную голову, глаза отражали тусклый свет уличного фонаря сквозь жалюзи. Его хвост решительно стукнул, по половицам пола.
Сонечка последовала за ним в гостиную, ее босые ноги прилипли к пятнам засохшей слюны на паркете. Бруно бесшумно подошел прямо к окну и отодвинул занавеску носом. Сонечка присела рядом с ним, ее дыхание запотевало стекло, когда она выглянула наружу. Улица была пуста, за исключением одинокого кота, ковыляющего по луже света от фонаря на крыльце. Грудь Бруно тихо, одобрительно заурчала.
Сонечка выдохнула, выдох был прерывистым и неровным. Уши Бруно дернулись, от этого звука, он наклонил голову так, что в своем любопытстве стал выглядеть почти как человек. Она знала, что должна остановиться. Но боль между ее бедер была слишком горячей, слишком влажной, искрящейся с каждым движением бедер на полу.
— Иди сюда, — прошептала она, и эти слова звучали как капитуляция.
Бруно не нужно было повторять дважды. Его когти цокали, по деревянному полу, когда он пересекал комнату с размеренной скоростью хищника, выслеживающего добычу. У Сони перехватило дыхание, когда он остановился у ее раздвинутых коленей, его влажный нос коснулся внутренней стороны ее бедра, — прохладный, а затем теплый, когда он выдохнул. Она чувствовала его тепло, исходящее от нее, а его огромные размеры заставляли ее чувствовать себя восхитительно маленькой.
—Да, — выдохнула она, нащупав рукой густую шерсть на его шее. «Вот так!».
Язык Бруно начал медленно, — почти нерешительно, — лишь кончиком, лениво обводя круги вокруг ее клитора, словно он исследовал незнакомую территорию. Дыхание Сонечки стало прерывистым, пальцы сжались на его голове, а его грубое тепло вызвало искры, пробегающие по ее спине. Затем, с легким вздохом, согревшим ее внутреннюю сторону бедра, он прижался ближе, его язык расплющился, по ней одним широким, влажным движением, вызвав у нее стон.
На этот раз его язык был грубее, менее исследовательским и более целенаправленным, скользя по ней с такой силой, что ее спина выгнулась дугой, от пола. Пальцы Сонечки сжались на его голове, ее бедра инстинктивно приподнимались навстречу каждому влажному движению. Это не было нежно, не было осторожно, это было жадно, и этого было достаточно, чтобы свести ее с ума. Первый оргазм обрушился на нее, как внезапная волна, ее бедра сжались вокруг головы Бруно, и она, задыхаясь, произнесла его имя в пустой комнате.
Бруно лизал ее так, словно пил из чаши, его щеки дрожали с каждым целенаправленным движением языка. Бедра Сонечки дернулись от пола, спина выгнулась дугой, когда пёс нашел ритм, — длинные, глубокие движения сменялись быстрыми, скользящими движениями, по клитору, от которых Сонечка задыхалась. Влажный звук наполнил комнату, непристойный и электрический, смешиваясь со скрежетом ее ногтей, по деревянному полу, когда она пыталась удержаться на ногах.
Нос Бруно касался ее с каждым движением, его дыхание было горячим и влажным между ее бедер. Сонечка раздвинула ноги шире, чтобы дать ему лучший доступ, и он без колебаний принял приглашение. Его язык проник глубже, извиваясь внутри нее так, что она вскрикнула, ее бедра дрожали от напряжения, пытаясь остаться неподвижной. Ощущения были ошеломляющими, слишком сильными и одновременно недостаточными и когда он добавил грубое скрежетание зубами чуть ниже клитора, Сонечка увидела звезды.
Оргазм захлестнул ее головокружительной волной, ее тело отвисло от пола, когда наслаждение пронзило ее с жестокой интенсивностью. Бруно не останавливался, его язык ласкал ее, пока ее
ВЕЧЕРНИЙ СОНЕТ