он меня не заберёт, буду стоять на коленях с утра до ночи, грехи отмаливать. А потом, когда приедет отец... Святая Агата, об этом лучше не думать... Господи, Господи, Господи, помоги мне!
А может, всё не так ужасно? А если дон Джулио наконец-то сделает мне предложение? Ведь тогда отец не сможет ему отказать! Донна Беатриче ди Монтефуско!
И тут я внезапно поняла, что аббатиса гневно смотрит не на меня. А на дона Джулио.
— Ты думаешь, я могла тебя забыть? Я своим глазам не поверила, когда ты появился на пороге. Убеждала себя, что, должно быть, ошиблась, что этого просто не может быть. А когда ты так грубо дал понять, что не хочешь со мной даже говорить, я решила, что и вправду обозналась. Но все эти дни я смотрела на тебя, наблюдала. Это ты, Джулио! Я знаю, что это невозможно, но это ты! Столько лет прошло, а я всё прекрасно помню. Не только внешность — всё! Твои жесты, то, как ты держишься... Всё осталось прежним. Разве что голос немного изменился.
Ладно, я поняла, тебе зачем-то нужна эта рыжая дурёха. Что ты в ней нашёл — одному Господу известно! Я закрываю глаза на твои выходки. Даже на вот это. Поймает вас её отец — сами и выкручивайтесь, я в эти игры лезть не буду, Боже упаси! Но одного я не понимаю: почему ты не хочешь просто поговорить со мной? Кто бы и что бы ты ни был. Да не просто не хочешь — нарочно, напоказ отталкиваешь меня!
Да что она несёт?! Куда она лезет к моему Джулио? Рыжая дурёха?! На себя посмотри! Вспомнила бабка, как девкой была! Совсем у неё ум за разум зашёл. Помнит она... Откуда?! Он же сам сказал, что здесь впервые. Да и я бы его запомнила. Даже Изольда его не помнит, а она уже пять лет здесь сидит! Что она выдумывает? Давай, Джулио, любимый, поставь эту каргу на место!
— Донна Матильда... — начал Джулио.
Мой Джулио не подвёл! Какой же он молодец! Впрочем, улыбка с его лица всё-таки исчезла.
— Я действительно Джулио. И я — действительно я. Впрочем, этого я никогда и не скрывал. И, смею заметить, с самого начала нашего знакомства я восхищался вашим тактом, вашей выдержкой, вашим благоразумием и вашим умением хранить тайны. Что же касается внешности — порой она бывает обманчива. Вам ли этого не знать! Ведь секреты есть у всех, и самые неожиданные. Взять, например, фра Сальваторе. Он ведь не знает, кто его мать. И как много она для него делает. Представляете, как он удивится, если вдруг узнает...
Джулио ненадолго умолк.
— Если же вы так хотите со мной поговорить, я буду к вашим услугам позднее.
Мать так много для него делает... Но кто заботится о падре Сальваторе? Да ведь сама аббатиса! Но тогда, в ризнице, когда она была с ним... «Ты всё неверно понял! Как можно быть таким слепым!» Так вот что это значило! Но ведь Матильда его не оттолкнула. Ни когда он целовал её, ни когда посадил её на сундук — тот самый, где мы позже с доном Джулио, — ни когда... Господи Иисусе, ведь это...
Я в ужасе прикрыла рот рукой.
Матильда прочла всё на моём лице. Я думала, что она сейчас начнёт кричать, ругаться — всё что угодно, только не то, что случилось на самом деле.
Аббатиса, железная, непреклонная, которую боялись все, — расплакалась.
— Джулио, любимый, за что? За что ты так со мной? Я же просто хотела поговорить, я же просто попросила...
Студенческий пикник