сразу. Она слушала, как за стеной стонет сестра, как скрипит кровать, как Николай что-то рычит. И в ней самой всё дрожало.
— Можно, — сказала она.
Сергей поднялся, шагнул к кровати, лёг рядом. От него пахло потом и чем-то молодым, резким. Он придвинулся ближе, и София почувствовала его тепло.
— Ты красивая, — зашептал он. — Я на тебя ещё когда ты приехала посмотрел — и всё. Пропал. У тебя волосы такие… тёмные. И губы. И вот тут, — он провёл пальцем по её ключице, — тут у тебя ямочка. Я всё запомнил.
У Софии закружилась голова. От близости его тела, от шёпота, от стонов за стеной. Она лежала и не знала, что делать. Он был рядом, тёплый, и его рука уже лежала на её бедре.
— Я хочу тебя, — шептал он. — Очень хочу. Ты мне ночью той… в туалете… у меня просто голова улетела в космос от удовольствия. Я целый день только о тебе думал, только тебя вспоминал.
София молчала. Внутри всё боролось — стыд, страх, любопытство, и это горячее, что поднималось от низа живота к груди. Она вспомнила слова сестры: «Если уж припрут — давай хотя бы в жопу. Целочку сохранишь». И вот он, Сергей, лежит рядом и хочет её. И за стеной сестра стонет, и всё это как одно целое.
— Я не могу, Серёж, — прошептала она с тоской. — Мы ведь почти не знакомы.
— Ты ведь знаешь, что такое чувства с первого взгляда? Скажи, ты ведь тоже чувствуешь это.
София чувствовала дикое желание, она не знала любовь это или нет. Она чувствовала обиду на сестру у которой всё получается и эта обида как-будто выела её изнутри, оставив пустоту. Она ощущала, что эту пустоту кто-то или что-то должен заполнить иначе она не уснет, иначе она не сможет жить. София не могла найти себе места и последнее на чем она держалась - небольшие, забытые в данный момент наставления воспитания, которые сейчас казались чем-то невыносимо далеким и не важным.
— Я… — прошептала она. — Как ты хочешь?
Он приподнялся на локте, посмотрел на неё. В темноте блестели его глаза.
— По-настоящему, — сказал он. — Но если боишься, можно… по-другому.
— В попу?
— Да, давай так, — сказал он тихо. — Так целочку сохранишь. Сестра же твоя говорила.
София вздрогнула. Он слышал? Или просто догадался? Она смотрела на него, и голова кружилась всё сильнее. За стеной Равшана вскрикнула — высоко, протяжно. София почувствовала, как между ног у неё мокро.
— Ладно, — сказала она еле слышно. — Только… аккуратно.
Сергей завозился, стянул с неё трусы. Она лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку, и слышала, как он плюёт себе на ладонь, как трогает её сзади. Палец скользнул по анусу, надавил. София зажмурилась.
— Расслабься, — шепнул он. — Я медленно.
Он вошёл. Сначала только головка — туго, горячо. София вцепилась в простыню, закусила губу. Больно. Но не так, как она боялась. Он двигался медленно, по чуть-чуть, давал привыкнуть. За стеной скрипела кровать, и Равшана стонала в такт.
— Вот так, — шептал Сергей. — Хорошая моя. Ты такая узкая. Такая горячая.
Он вошёл глубже. София застонала — тихо, сквозь зубы. Он начал двигаться, сначала плавно, потом быстрее. Его живот бился о её ягодицы, руки держали за бёдра. Она чувствовала, как он растягивает её, как внутри всё горит, но вместе с болью приходило что-то ещё — тягучее чувство, от чего хотелось выгнуться навстречу.
Случай в офисе