и сам уже не испытывал прежней нежности. Его раздражали её постоянные претензии, холодность и привычка сравнивать их семью с семьями своих состоятельных знакомых.
Иногда ему казалось, что Рита стыдится его.
Однажды на семейном празднике у её родителей Виктор Андреевич, выпив немного вина, произнёс:
— Рустам, ты всё ещё преподаёшь?
— Да.
— И как успехи? Студенты слушают?
— В основном.
— Ну, хоть кто-то должен заниматься историей. Не всем же бизнесом заниматься.
За столом засмеялись несколько гостей.
Рустам тоже улыбнулся, хотя внутри у него всё сжалось.
Позднее, когда они возвращались домой, Рита сказала:
— Ты мог бы не воспринимать каждое слово отца так близко к сердцу.
— А ты могла бы хотя бы иногда поставить его на место.
— Он просто шутил.
— Конечно. У него все шутки почему-то касаются моей зарплаты.
— Ну не начинай!
— Я не начинаю. Просто устал чувствовать себя человеком, которого твоя семья терпит из вежливости.
Рита отвернулась к окну.
— Знаешь, Рустам, иногда мне кажется, что ты сам виноват в том, что ничего не добился.
Он повернулся к ней.
— Ничего не добился?
— Ты прекрасно понял, что я имею в виду.
Он больше не произнёс ни слова до самого дома.
Разговор о разводе произошёл весной.
Тимур в тот день гостил у бабушки с дедушкой. Рустам вернулся с работы раньше обычного и застал жену на кухне. Она сидела с телефоном, просматривая какие-то документы.
— Нам надо поговорить, — сказала она.
— Слушаю.
Рита положила телефон на стол.
— Я больше не хочу так жить.
Рустам медленно снял куртку.
— А как ты хочешь?
— Не знаю. Но рядом с тобой я давно не чувствую себя счастливой.
Он сел напротив.
— Ты думаешь, я счастлив?
— Наверное, тебе удобно. Работа, книги, университет. Тебе ничего не нужно менять.
— А тебе нужно?
— Да. Мне нужно другое будущее.
Рустам долго молчал.
— Ты кого-то встретила?
Рита посмотрела на него.
— Нет. Дело не в другом мужчине.
Он почему-то не поверил, но спорить не стал.
— Значит, ты хочешь развестись?
— Думаю, так будет лучше.
Рустам посмотрел на жену. Перед ним сидела та самая девушка, которую он когда-то провожал до дома, ради которой экономил на обедах, с которой мечтал прожить всю жизнь.
Но сейчас он не узнавал её.
— А Тимур?
— Он останется со мной. Ты сможешь видеться с ним.
— Я его отец, Рита. Не какой-то знакомый, которому разрешают приходить по выходным.
— Не надо устраивать сцену.
— Я не устраиваю сцену.
Он встал и вышел из кухни.
В ту ночь Рустам почти не спал.
Развод оформили через несколько месяцев. Тимур остался жить с матерью, а Рустам снял небольшую однокомнатную квартиру неподалёку от университета.
Сын тяжело переживал расставание родителей.
— Папа, а почему ты теперь не живёшь с нами? — спросил он однажды.
Рустам присел перед ним.
— Так получилось, сынок. Но я всегда буду рядом.
— Ты больше не любишь маму?
Вопрос застал его врасплох.
— Мы с мамой теперь будем жить отдельно. Но тебя мы оба любим.
Тимур обнял его за шею.
Рустам отвернулся, чтобы сын не заметил выступивших на глазах слёз.
Глава четвёртая. Анна Сергеевна
После развода Рустам с головой ушёл в работу.
Ему было тридцать лет. Он уже имел кандидатскую степень, преподавал несколько исторических дисциплин и пользовался уважением коллег. Студенты ценили его за умение рассказывать о прошлом так, словно события происходили совсем недавно.
Он не искал новых отношений. Встречи с сыном, работа и редкие вечера с книгой вполне заполняли его жизнь.
Всё изменилось в начале нового учебного года.
На кафедре появилась новая сотрудница — Анна Сергеевна Воронцова. Ей было сорок два года. Она приехала из другого города после того, как получила предложение возглавить кафедру отечественной истории.
Женщина была разведена, детей у неё не было. Она выглядела элегантно, но без показной
Нимфоманка