себе. Но всё моё внимание было приковано к египтянину, к его нарастающему ритму. Я чувствовала, как я ощущала каждое его движение, как он находил ту точку, которая заставляла моё тело сжиматься вокруг него. Я откинулась назад, позволяя ему двигаться во мне, чувствуя, как его ритм становился глубже, настойчивее, как он вёл меня к тому пику, который уже начал разгораться во мне. Мои пальцы впились в шёлк, дыхание сбилось, и я знала, что ещё немного — и я взорвусь, позволяя ему нести меня туда, где я никогда не была.
Но я хотела большего. Я хотела чувствовать его по-другому, хотела управлять им, хотела быть сверху.
Я положила руки на его грудь и мягко оттолкнула его, давая понять, что хочу сменить позу. Он подчинился мгновенно, откинувшись на спину, его тело вытянулось на шёлке, член стоял прямо, твёрдый и готовый. Я медленно, с ленивой грацией, села на него сверху, чувствуя, как его член касался моего входа, скользил по моей влажной плоти. Я опустилась на него, и он вошёл в меня — глубоко, наполняя до краёв. Я замерла на мгновение, чувствуя его внутри себя, его тепло, его твёрдость, его пульсацию. А потом я начала двигаться — медленно, ритмично, в такт своему дыханию. Мои бёдра поднимались и опускались, и я чувствовала, как его ствол скользил по моим стенкам, как его головка касалась моего самого чувствительного места, посылая волны удовольствия по моему телу. Мои пальцы сжимали его грудь, и я чувствовала, как его дыхание становилось глубже, как он сдерживал себя, подчиняясь моему ритму. Я ускорилась, чувствуя, как внутри меня поднималась волна, которая стала ещё сильнее после того, как грек разогрел меня своим языком. Я брала его глубже, я отдавалась этому ощущению полностью, позволяя члену египтянина довести меня до того, что начал язык другого гладиатора. Моё тело двигалось в ритме, который я сама задавала, и я чувствовала, как внутри меня поднималась волна, которая становилась всё выше, всё сильнее, и я знала, что я не смогу долго сдерживаться. Я смотрела на него сверху вниз, и я чувствовала, как он принадлежал мне, как он отдавался мне полностью, и я знала, что это мой момент, мой ритуал, моя власть.
Грек стоял рядом и наблюдал, тяжело дыша, и я знала, что он ждёт своей очереди. Я чувствовала, как египтянин ускорял движения, как он входил в меня глубже, как его движение отдавалось во всём теле, и я слышала, как он стонал, когда я сжималась вокруг него. Я кончала — громко, открыто, моё тело выгнулось, и я чувствовала, как он продолжал двигаться внутри меня, растягивая моё удовольствие, заставляя меня тонуть в нём.
Рядом Клавдия оседлала галла, её движения были быстрыми и жадными, и я слышала, как она стонала, когда его член входил в неё, как она ускорялась, чувствуя его внутри себя. Я видела, как она закрывала глаза, как её тело выгибалось, как она кончала — громко, открыто, и я чувствовала, как её удовольствие передавалось мне, как оно становилось частью меня. Корнелия, стоя на четвереньках, принимала фракийца сзади, и я видела, как он входил в неё, как его член скользил в её влажной плоти, как её тело выгибалось под его мощными ударами, как она кусала губу, сдерживая крик, который рвался наружу. Сервилия, утопая в объятиях нумидийца, его огромный член заполнял её до краёв, и я видела, как она таяла, сжимаясь вокруг его ствола, как она закрывала глаза, отдаваясь этому ощущению. Ливия, сидя на ложе, ласкала италийца, не выпуская его
Алкоголизм и инцест. часть 18 - Ещё несколько эпизодов.