пробуя его на вкус изнутри. Её попка вращалась, скользила, насаживалась всё глубже. А потом она ускорилась. Быстрее. Ещё быстрее. Её ритм стал бешеным, почти неистовым — она трахала себя его членом так, словно от этого зависела её жизнь. Её стоны становились громче, влажные звуки их соития заполняли комнату, и Костя, вцепившись пальцами в её бёдра, чувствовал, как его собственное возбуждение подкатывает к краю.
— Вот так... — рычал он. — Вот так, Оксана... Продолжай...
Она вскрикнула, когда оргазм настиг её — внезапно, сильно, сметая всё на своём пути. Её мышцы сжались вокруг него, пульсируя, и этого хватило, чтобы Костя, сделав последний глубокий толчок, кончил следом. Он излился в неё — горячо, обильно, с низким гортанным стоном.
Оксана, обессиленная, откинулась назад. Её спина прижалась к его груди, голова легла на плечо. Она тяжело дышала, и всё её тело дрожало от пережитого наслаждения. Костя обхватил её одной рукой за талию, а второй — мягко, почти нежно — погладил её по животу, спускаясь ниже. Его пальцы коснулись её влажной, ещё вздрагивающей киски, и она тихо застонала.
— Я очень рад, что нашёл такую сотрудницу, как вы, Оксана, — произнёс он, поглаживая её там, где всё ещё чувствовалась пульсация. — Очень рад. Вы превзошли все мои ожидания.
Оксана не ответила. Она лежала в его объятиях, чувствуя его внутри и снаружи, и улыбалась. Она больше не думала о том, правильно это или нет. Она знала только одно: ей хорошо. И прямо сейчас этого было достаточно.
*****
На следующее утро Оксана появилась в особняке как обычно — за пятнадцать минут до начала смены, с аккуратно уложенными волосами и в своём сером форменном платье. Но внутри у неё всё дрожало. Вчерашний разговор с Костей не шёл у неё из головы.
Он подозвал её ближе к вечеру, когда она заканчивала уборку в холле. Вид у него был довольный, даже игривый.
— Завтра у меня будет гость, — сообщил он, прислонившись к дверному косяку. — Димон, мой друг из команды. Ты его, наверное, видела на тренировках. Мы решили отдохнуть у бассейна, выпить пива, расслабиться. Дома никого не будет — родители уезжают, Галина Петровна взяла выходной. Так что из персонала останешься только ты.
Оксана кивнула, ожидая подвоха. И он не заставил себя ждать.
— Ты будешь прислуживать нам у бассейна, — продолжил Костя. — Принесёшь напитки, полотенца, всё, что понадобится. И поскольку погода обещает быть жаркой, а дома никого нет... — он сделал паузу, наслаждаясь её напряжением, — думаю, твою спецодежду можно немного «сократить». Я оставлю новую форму в комнате для персонала. Надень её завтра перед тем, как выйти к бассейну.
— Что за форма? — тихо спросила Оксана, уже зная, что ответ ей не понравится. Вернее, слишком понравится.
— Увидишь, — Костя улыбнулся. — Не волнуйся, Димон — свой парень. Он умеет держать язык за зубами. Просто будь хорошей горничной. Старательной. Как всегда.
Оксана провела бессонную ночь, ворочаясь с боку на бок. Мысли не давали покоя. Что за «новая форма»? Насколько короткой она будет? И что значит — прислуживать двум молодым парням у бассейна, когда она в этой «сокращённой» форме, а они — нет? Воображение рисовало картины одну откровеннее другой, и каждую она гнала прочь, но они возвращались, заставляя сердце биться быстрее.
«Я не должна этого делать, — думала она, глядя в тёмный потолок. — Это неправильно. Это переходит все границы. Сначала только Костя, а теперь ещё и его друг? Кем я становлюсь?»
Но другая часть её — та, что купила изумрудное бельё и улыбалась,
Послушница