небо. — Дальше мы будем эту потребность... лелеять и направлять. Пора вводить новые ритуалы. Может быть, утренний «туалет» наших ног перед выходом. Или... обязанность проверять чистоту подошв нашей обуви перед тем, как мы её наденем. Тоже языком. Чтобы быть уверенными.
Она улыбнулась, и в её улыбке было что-то от хищницы, нашедшей идеальную дичь.
— Он наш. Теперь — полностью. И он будет благодарен нам за это до конца своих дней.
****
Сергей, чьи навыки педикюра стали известны в узком кругу Ларисы Дмитриевны, получил новое задание — обслужить мамину подругу, Ирину Константиновну.
Стоя на коленях в предбаннике просторной ванной комнаты, Сергей методично раскладывал на низком лаковом столике инструменты: пилочки разной зернистости, апельсиновые палочки, щипчики для кутикулы, бафы, пузырьки с маслами и кремами. Воздух был густым от запаха лаванды и дорогого парфюма «Шанель №5», которым явно только что пользовалась гостья. Лариса Дмитриевна ввела в комнату Ирину Константиновну.
— Ирочка, не смущайся, — голос Ларисы звучал непринуждённо и слегка снисходительно, как у демонстратора нового бытового прибора. — Это мой Сережа. Он у нас настоящий мастер педикюра. Обучался у профессионала. Твои ножки будут в лучших руках, поверь.
Ирина Константиновна — женщина лет пятидесяти, с тщательной укладкой, в элегантном костюме и чулках — замерла на пороге, её взгляд скользнул от Ларисы к склонившемуся у столика подростку. В её глазах мелькнуло недоумение, смешанное с брезгливостью.
— Лорочка, ты шутишь? Мальчик?.. — она понизила голос, но Сергей всё слышал.
— Самый что ни на есть, — усмехнулась Лариса, мягко подталкивая подругу к креслу с высоким пуфом. — И не «мальчик», а очень старательный и послушный помощник. У него золотые руки и правильное, почтительное отношение. Расслабься, получи удовольствие.
Ирина Константиновна нехотя опустилась в кресло, её движения были скованными. Сергей, не поднимая глаз, тихо произнес, как его учили:
— Здравствуйте, Ирина Константиновна. Разрешите приступить. Для вашего комфорта можете снять чулки.
Его голос, низкий для его возраста и совершенно безэмоциональный, видимо, произвел впечатление. Женщина, щелкнув замком на подвязке, медленно, чуть кокетливо стащила с ног тонкие капроновые чулки и откинула их на пол. Её ноги были ухоженными, но с возрастом: с легкой сеточкой сосудов на щиколотках, чуть выступающими косточками, ногти покрыты старым, облупившимся лаком.
— Принеси таз с водой для гостьи, — приказала Лариса, устраиваясь на стуле рядом, чтобы наблюдать.
Сергей принес небольшой фарфоровый тазик, налил теплой воды, капнул ароматного масла и бережно опустил в воду сначала одну, потом другую ногу Ирины Константиновны. Он начал с массажа, погрузив руки в воду и сильными, уверенными движениями разминая икроножные мышцы. Женщина издала невольный тихий стон и откинула голову на спинку кресла.
— Ох, Лара... У него и вправду... сильные руки...
— Я же говорила, — самодовольно протянула Лариса.
Следующие полчаса прошли в почти полной тишине, нарушаемой лишь тихим звяканьем инструментов. Сергей работал с гипнотической сосредоточенностью. Он вытер ноги насухо самым мягким полотенцем, обработал стопы пемзой, срезал кутикулу – каждое движение было точным и уверенным. Он чувствовал на себе взгляд женщины, сначала настороженный, потом любопытный, а под конец – расслабленно-благосклонный. Когда он начал длительный массаж с кремом, втирая его не только в стопы, но и в икры, круговыми, разминающими движениями, Ирина Константиновна совсем раскисла, её глаза полузакрылись от наслаждения.
— Мальчик... Сергей, да? — прошептала она. — Ты волшебник. У моей Марины в салоне специалисты задорого так не работают.
Он лишь кивнул, сосредоточившись на полировке ногтя на большом пальце. Когда работа была завершена, и ноги сияли ухоженностью, покрытые свежим лаком нежно-розового оттенка, Лариса сделала едва заметный кивок.
Анальные упражнения