заливая его горячей спермой. Насладившись моментом, он медленно вышел, оставив после себя приоткрытую, влажную дырочку.
Том повернул голову и посмотрел маме в глаза. Эмили поняла всё без слов — мгновенно легла на спину, широко раздвинув ноги, и Том, не теряя ни секунды, вошёл в неё.
Виктор усмехнулся, глядя на эту молниеносную смену, и сразу встал на колени по обе стороны головы Эмили. Та тут же приникла губами к его мошонке, нежно втягивая тяжёлые яички, обводя их языком. А Том, не прекращая двигаться в маме, потянулся вперёд и взял в рот член Виктора, продолжая ритмично трахать маму.
Виктор довольно выдохнул, глядя на них сверху:
— Кто куда, а наш маленький Томми — сразу в мамину пизденку, — усмехнулся Виктор, глядя на эту синхронную работу двух послушных ртов и одного неутомимого члена.
Он кончил быстро. Том принял всё, не проронив ни капли, и, как только Виктор вышел, тут же наклонился к матери. Их губы встретились в глубоком, влажном поцелуе, и сперма Виктора перетекла из рта сына в рот матери.
Эмили и Том продолжали ебаться. Виктор, уже одеваясь, перевёл взгляд на книгу, лежащую в углу матраса, и спросил буднично:
— Ну как, продвигается изучение?
Эмили, чувствуя себя как вызванная к доске ученица, ответила, стараясь, чтобы голос звучал ровно, несмотря на движения Тома внутри неё:
— Миссионерскую позу мы хорошо знаем, — ответила Эмили, приподнимая бёдра в такт движениям Тома. — Поэтому начали со второй — «обратная наездница». А позу наездница мы тоже хорошо знаем, поэтому всё получилось сразу. Сегодня начнём следующую.
Виктор усмехнулся, довольный их послушанием.
— Хорошо, давайте, расширяйте горизонты. Чем больше поз освоите, тем интереснее будет на вас смотреть.
Он вышел из камеры, с лязгом закрыл решётку, и через минуту шипение гидравлики возвестило, что дверь бункера за ним закрылась.
Эмили и Том остались вдвоём, продолжая двигаться в привычном ритме.
Том, чуть приподнявшись, опираясь на локти, нежно провёл руками по её волосам, перебирая чёрные пряди. Потом его ладони легли по обе стороны её лица, обрамляя его. Он замер на мгновение, глядя на неё сверху вниз — на эти зелёные глаза, на разметавшиеся по матрасу чёрные волосы, на приоткрытые в тихом стоне губы. Она была так безумно красива.
Он начал медленно двигаться — плавно, глубоко, стараясь войти в неё как можно дальше, до самого предела, до того самого места, откуда когда-то появился. Каждое движение отдавалось в них обоих сладкой, тягучей волной. Он чувствовал, как её внутренние мышцы сжимаются вокруг него, обхватывают, приветствуют, не отпускают. Это ощущение — быть внутри неё, чувствовать, как её тело отвечает на каждое его движение, — наполняло его чем-то большим, чем просто удовольствие. Это было возвращение домой. Снова и снова.
— Мам... — выдохнул он, и голос его дрожал от переполнявшей его нежности и безумной, всепоглощающей страсти. — Мне так нравится... так нравится, что ты всегда голая. Что я могу видеть тебя всю. Каждую секунду. Твою грудь, твой животик... твою пизденку.
Он сделал особенно глубоко вошел в неё и замер на мгновение внутри неё.
— Мне так нравится твоя пизденка, мам. Как она пахнет, как она сжимает меня, как она ждёт меня всегда. Я так хочу быть в ней. Всегда. Каждую минуту. Чтобы никогда не выходить. Чтобы ты чувствовала меня внутри себя постоянно. Это... это лучше всего на свете.
— Знаю, солнышко, — прошептала она, обнимая его за плечи и притягивая ближе. Её руки медленно заскользили по его спине, ощущая каждый позвонок, каждый напряжённый мускул. Пальцы спустились ниже, к ягодицам, погладили их, сжали, а потом мягко скользнули в
Случай в секс-шопе