какую только можно пожелать. Но после нескольких вещей, которые произошли на встрече в гольф-клубе в честь годовщины, я узнал, что у твоей матери уже как минимум полтора года продолжается роман — возможно, и дольше. Я также узнал, что она и её любовник — который тоже был в клубе — планировали провести длинные выходные в своё удовольствие: две ночи и два дня веселья, развлечений и секса... хотя это нисколько не отличается от того, чем они занимались последние двенадцать месяцев или около того. Разница лишь в том, что на этот раз я должен был об этом знать.
Затем я рассказал им о событиях субботнего вечера и о планах её любовника отвезти всех нас в престижный ресторан в городе. Объяснил, как они собирались воспользоваться сдержанной атмосферой заведения, чтобы объявить о своём романе, поведать о планах на уикенд и обозначить, какое место они отводят мне в своём будущем.
— Самое интересное здесь вот что: твоя тётя и её муж с самого начала были в курсе её измены. Элис, судя по всему, считает, что твоя мать заслужила немного внебрачных отношений в качестве награды за то, что двадцать четыре с лишним года была примерной женой и матерью из двадцати шести.
Твой так называемый дядя — если его вообще можно так назвать — обеспечил всё это, подобрав ей партнёра из головного офиса, который летает туда-сюда между городами. Из того, что я теперь знаю, именно он назначил твою мать личным помощником её любовника на всё время его визитов — чтобы они могли проводить вместе столько времени, сколько нужно, и никто не задавал вопросов.
Уверен, что какую-то работу они и делают, но этот скользкий ублюдок прилетает на две недели каждый месяц, так что я столь же уверен, они не упускают ни одной возможности порезвиться каждый раз, когда он в городе.
График у них, похоже, отлажен до мелочей. Твоя мать обычно возвращается домой в обычное время, но за последние двенадцать месяцев было немало случаев, когда ей якобы приходилось задерживаться на работе допоздна — якобы готовить дела к суду. В некоторых из этих случаев она не появлялась до раннего утра.
О, а ещё были поездки — на одну, две, а в последнее время и на три ночи — в Ривер-Сити на судебные заседания.
Теперь, когда я знаю правду, я, пожалуй, мог бы восстановить весь хронометраж: когда он бывал в городе и когда она была с ним не по делам. Наша близость угасла от почти нулевой в начале их романа до злобного отторжения за последние восемь месяцев или около того.
Назовите это любовью или тупостью, но вплоть до прошлой субботы я списывал отсутствие интереса твоей матери к сексу и её необъяснимые вспышки гнева на гормональные проблемы. И то и другое закончилось в тот момент, когда меня наконец познакомили с её боссом. Как только я увидел этого ублюдка и его ухмылку, я внезапно понял, что скрывалось за фасадом менопаузы твоей матери, и осознал, что ни жены, ни брака у меня больше нет.
Я извинился перед детьми за то, что выругался. За всю их жизнь — до тех пор пока сама Шивон не начала — я ни разу не позволял себе грубых слов ни в их присутствии, ни в её.
— Всё нормально, пап, — сказал Джек. — Мы привыкли. Это повсюду вокруг нас. Сами мы обычно так не говорим, но многие из тех, с кем общаемся, воспринимают это как норму.
В палату вошла медсестра с озабоченным видом: она заметила, что показатели монитора сердечного ритма
Переломный уикенд