полной программе. Всю ночь напролёт. Визжать будешь как поросёнок на убое. Блядюга ты ненасытная.
Она отползла на песок, улыбаясь его отвратительным, унизительным оскорблениям, как самой нежной лести.
Димон поднялся с покрывала и лениво пнул пустую банку из-под пива. Та, звякнув, покатилась, оставляя за собой влажный след.
— Жаль Санька, — произнёс он с наигранной серьёзностью. — Нормальный пацан. Реальный кореш. И не догадывается, какая у него мамаша конченая шлюха под боком бегает.
Лика сделала преувеличенно испуганное лицо, прижимая руку к груди в актерском жесте.
— Ой, только ни слова ему! — она притворно всплеснула руками, но глаза её смеялись. — Он же меня идеализирует! Думает, я только борщ умею варить и носки стирать.
Димон фыркнул, поддаваясь её игре.
— Ага, — выдохнул он, качая головой. — И носки стираешь, и жопы лижешь — универсальная хозяйка. На две ставки работаешь.
— Ну а что! — Лика кокетливо подмигнула, преувеличенно гордо подняв подбородок. — Талантливый человек талантлив во всем! Я ж не только твои яйца могу мыть с мылом. Могу и картошку почистить, если попросите вежливо.
Димон рассмеялся.
— Ах ты, шлюха с претензиями! Ещё и условия ставит! Ладно, твой секрет при нас.
— Отлично! — Лика с игривой серьёзностью подняла палец вверх. — А то подумает, что я какая-то... шмара конченая. А я ведь просто... очень гостеприимная.
Димон вдруг многозначительно хмыкнул.
— А вообще, не думай, что твой Санёк такой уж невинный ягнёнок. Он с нами не раз участвовал в «разводах» тёлок. Не таких, конечно, конченных, как ты, — Димон усмехнулся, — молодых, глупеньких. Так что он в теме.
Лика ахнула. Широко раскрытые глаза её округлились, рот приоткрылся в притворном изумлении. Ладонь прижалась к груди, и она откинулась назад, изображая обморок.
— Неужели мой мальчик!? Такой скромный! — она покачала головой, и светлые волосы скользнули по загорелым плечам. — И что же, он тоже...
Она не договорила, но душу её пронзило тёмное, запретное любопытство. Неужели её ребёнок, которого она купала в ванночке и водила за руку в первый класс, уже не такой ангелочек, как она думала.
Неужели он уже знает эту сторону жизни, в которую её сегодня втянули, и в которую она неожиданно для самой себя погрузилась с головой. Мысль эта кольнула где-то глубоко внутри, но вместо боли принесла странное, сладкое тепло.
— Просто в этот раз... — Димон сделал паузу, наслаждаясь её замешательством, — решили его не посвящать. А то как-то неудобно. Не станет же чувак свою мамку трахать. Не по-пацански как-то.
Лика фыркнула. Звук вырвался непроизвольно, и она даже не пыталась его сдержать.
— Ой, да ладно! — голос её звенел наигранной лёгкостью, за которой пряталась буря. — Я бы не отказалась.
Шутка была на грани, но Лике было уже всё равно. Она не хотела показывать Димону, что он хоть как-то может её задеть.
Если показать своё безразличие к этой теме, то он, возможно, забудет о Сане и перестанет постоянно давить на её больное место. Перестанет использовать сына как рычаг.
И в какой-то степени её план сработал.
Димон прыснул со смеху. Сначала коротко, потом громче, и вот уже он хохотал в голос, запрокидывая голову.
— Блядь, вот это поворот! — выдохнул он сквозь смех, вытирая выступившую слезу. — Только вот Санька бы точно не оценил наш формат сотрудничества.
— Ну и правильно! — Лика с игривой серьёзностью подняла палец вверх. — Конкуренция ни к чему.
Они оба рассмеялись, её смех был немного нервным, но искренним. Димон одобрительно потрепал её по голове.
Именно в этот момент со стороны валунов послышались приглушённые голоса, смех и
Заморыш