притянет ее к себе. Что Матвей начнет целовать ее шею. Но ничего не происходило. Они просто разговаривали. Распаковывали вещи. Смеялись.
«Может, я ошибся? — мелькнула мысль. — Может, они действительно просто друзья? Может, Тимур сдержал слово? Может, не будет никакой оргии на этой чертовой круглой кровати с зеркалом на потолке?»
Он почти успокоился. Почти поверил, что его фантазии — лишь плод больного воображения, развращенного интернетом и комплексами. Что Лена действительно просто отдыхает в компании приятных, образованных молодых людей, которые относятся к ней с уважением. Что одна кровать — это просто совпадение, администратор перепутал, а они не стали спорить.
А потом Лена потянулась за чем-то в чемодане, и ее халатик распахнулся еще шире. Она не поправила его. Она замерла на секунду, словно давая им возможность посмотреть. И они посмотрели. Все трое. Одновременно. Их взгляды скользнули по ее груди, по животу, по гладкому лобку, прикрытому лишь тонкой полоской кружева. В номере на мгновение повисла тишина — густая, вязкая, полная невысказанного.
— Пойдемте в бар? — голос Лены прозвучал чуть выше обычного. — Я хочу выпить у бассейна.
— Отличная идея, — Тимур поднялся. — Дайте мне пять минут, душ принять.
— Мне тоже, — Артем потянулся.
— И мне, — Матвей бросил полотенце на кровать.
Лена кивнула и пошла в ванную — видимо, их очередь была после. Дмитрий увидел, как она закрыла дверь, и понял, что пора уходить. Он осторожно, стараясь не шуметь, поднялся по пожарной лестнице обратно на свой балкон и вошел в номер.
Сердце колотилось как бешеное. Он сел на кровать и уставился в стену.
Они не трогали ее. Пока. Но этот момент — когда она замерла с распахнутым халатом, давая им смотреть — был красноречивее любых прикосновений. Это было приглашение. Обещание. Прелюдия.
И они его приняли.
Он снова представил, как они вернутся из бара — разгоряченные алкоголем, солнцем и желанием. Как лягут на эту огромную круглую кровать, усыпанную лепестками роз. Как их руки потянутся к ее телу. Как их огромные фигуры накроют ее маленькую фигурку. Как она застонет под ними, глядя на свое отражение в зеркале на потолке.
И снова — этот знакомый, стыдный, невыносимый жар внизу живота.
Он встал, подошел к мини-бару, достал маленькую бутылку виски и выпил залпом, не чувствуя вкуса.
Впереди была неделя. Неделя, в течение которой он будет прятаться на балконах, подглядывать в щели, слушать чужие стоны и сходить с ума от ревности и желания. Неделя, которая разрушит его брак или, наоборот, откроет в нем нечто новое, темное, запретное.
Он не знал, чем все кончится. Но одно знал точно: обратного пути нет.
Он снова подошел к балкону и посмотрел вниз, на бассейн. Там, у бара, он увидел их. Четыре фигуры за столиком под зонтиком. Лена в том самом микроскопическом бирюзовом бикини, которое они купили в Москве. Тимур, Артем и Матвей — в плавках, демонстрирующих их совершенные тела. Они смеялись, пили коктейли, и рука Тимура лежала на спинке ее стула, почти касаясь обнаженной спины.
Дмитрий смотрел на них сверху и чувствовал себя богом, наблюдающим за своими творениями. Или дьяволом, созерцающим плоды своего искушения.
Он еще не решил, кем был.
День тянулся как расплавленная смола. Дмитрий провел его, перемещаясь между балконом, баром у бассейна и тенистыми уголками территории отеля, словно призрак, привязанный к своей вине. Он видел их везде: у моря, где Лена в том самом бирюзовом бикини лежала на шезлонге, а Тимур натирал ее спину кремом; в ресторане, где они обедали, и она смеялась над шутками Артема, кладя голову ему на плечо; у бара, где Матвей
Экстремальное приключение на работе перед отпуском. Часть 8.