ускоряя темп. — Кончи в меня. Я хочу чувствовать, как ты изливаешься внутри.
Настя сжимает мои яйца губами, и этого достаточно. Волна поднимается от поясницы, захватывая всё тело. Я кончаю — резко, сильно, выгибаясь дугой. Член пульсирует внутри матери, и я чувствую, как горячая сперма выплёскивается в неё, заполняя. Она стонет вместе со мной, её мышцы сжимаются, и я понимаю — она тоже кончает, сотрясаясь, падая мне на грудь.
Какое-то время мы лежим, тяжело дыша. Только синий огонь потрескивает в тишине.
— Я люблю вас, — говорю я. Слова вырываются сами. — Обеих. Я знаю, это неправильно, но я люблю.
Мать поднимает голову, смотрит на меня. В её глазах — слёзы и улыбка.
— Знаю, — шепчет она. — И мы тебя любим.
Настя прижимается к моему боку, тычется носом в подмышку.
— Мы всегда будем вместе, — говорит она тихо. — Как бы ни было неправильно. Мы — твоя семья.
Я обнимаю их, чувствуя, как внутри разливается тепло, не имеющее ничего общего с только что пережитым оргазмом.
— Нам пора, — раздаётся голос Мориган от входа. Я поднимаю голову — она стоит в дверях храма, скрестив руки, с кривой усмешкой. — Я дала вам час. Прошло пятьдесят пять минут. Одевайтесь, герои. Нас ждёт шестой этаж.
Мать краснеет, но улыбается. Настя фыркает и тянется за своей рубашкой. Я поднимаюсь, чувствуя, как сперма матери течёт по моему бедру, и улыбаюсь — глупо, счастливо.
Мы одеваемся молча. Куртка порвана, пуговиц нет, но мне всё равно.
Выходим из храма — и мир встречает нас ветром и пылью. Лестница на шестой этаж уходит вверх, теряясь в облаках.
— Готовы? — спрашивает Мориган, поднимаясь по ступеням.
— Всегда готов, — отвечаю я, чувствуя, как мать сжимает мою руку с одной стороны, а Настя — с другой.
Мы поднимаемся.
Шестой этаж оказывается пустошью — выжженная земля, чёрные скалы, ржавые обломки каких-то механизмов. Ветер несёт пепел, и небо здесь — цвета запёкшейся крови.
— Добро пожаловать в Пепельные Поля, — объявляет Мориган, и в её голосе слышится мрачное удовлетворение. — Самое опасное место на этом уровне.
— Что здесь водится? — спрашиваю я, прищуриваясь.
Вместо ответа из пепла поднимается фигура — огромная, трёхметровая, с горящими красными глазами. Когти, шипы, броня из спекшейся крови. В руке — цепь с шипами.
«Демон-Палач (Уровень 20) — Элитный монстр»
— Вот это, — говорит Мориган, вытаскивая посох. — И их тут стая.
Я выхватываю кинжалы. Рядом мать уже засветилась золотым — бафы ложатся на нас. Настя сжимает в руке огненный шар.
— Пошли, — говорю я, и мы бросаемся в бой.
Демон встречает нас рёвом, от которого дрожит земля. Цепь свистит, рассекая воздух. Я уворачиваюсь, чувствуя, как шипы проходят в миллиметре от лица, и вонзаю кинжал ему в колено. Кровь — чёрная, вонючая — брызжет мне на руки.
— Настя, жги! — кричу я.
Огненный шар врезается демону в грудь, отбрасывая его назад. Мать накладывает «Благословение силы», и я чувствую, как мышцы наливаются энергией. Прыгаю — высоко, выше, чем мог бы — и втыкаю оба кинжала ему в горло.
Демон хрипит, падает на колени. Я добиваю его ударом в глаз — критический урон, 900 единиц.
«Поздравляем! Вы победили Демона-Палача (Уровень 20)»
«Получено 1500 опыта»
Я спрыгиваю с трупа, тяжело дыша. Кинжалы скользкие от чёрной крови.
— Это был первый, — спокойно говорит Мориган. — Вон там — ещё два.
Она указывает на горизонт, где из пепла поднимаются две тени.
— И ещё три сзади. Они загоняют нас в кольцо.
Я вытираю кинжалы о штаны и улыбаюсь — той улыбкой, которая пугает мать, но которую я
Марианна 3: Повторение пройденного