придерживаясь за стол. Ноги дрожали, попка сладко ныла. — И... что оно делает?
Бильбо помолчал, а потом заговорил очень серьёзно, глядя мне прямо в глаза: — Запомни, Фрида. Твоя сексуальная попка теперь не просто дырка для членов. В ней заключена огромная сила, и лучше бы тебе её сдерживать от посторонних, да... хотя бы от посторонних. Тот, кто войдёт в тебя туда, станет твоим. Будет исполнять всё, чего ты пожелаешь, и мечтать только о том, чтобы повторить. Со временем это проходит. Но пока оно действует... — он поморщился, — кое-кто далеко на востоке это чувствует. И ему это очень нравится. — Кто? — Лучше спроси у Гендальфини. Она знает больше меня.
* * *
Праздник гремел до глубокой ночи.
Бильбо произнёс речь, которую никто не понял: "Я не знаю и половины из вас наполовину так хорошо, как хотел бы, и мне нравится меньше половины из вас наполовину так сильно, как вы того заслуживаете!" Гости переглядывались и чесали затылки. Лобелия Саквиль-Бэггинс громко фыркнула.
А Пиппин с Мэрри под шумок стащили из телеги Гендальфини огромную ракету в форме дракона и запустили её прямо над шатром. Огненный дракон с рёвом пронёсся над головами, рассыпая искры, и половина Шира с визгом попадала в траву. А вторая половина, воспользовавшись тем, что все уже и так лежат, начала друг друга раздевать.
Я стояла у края поляны, и внутри у меня всё ещё тихонько звенело. Попка тёплая, как будто внутри неё лежал маленький горячий камешек.
Пиппин подбежал ко мне, весь в саже, с подпалёнными бровями, сияющий как начищенный медный котелок. — Фрида! Ты видела?! Видела дракона?! Пойдём отметим, а? Мэрри уже ждёт за шатром.
Его рука привычно легла мне на попку и полезла под юбку, к ложбинке между ягодиц. Я перехватила её за запястье. — Только не в попку, Пиппин. — Почему?! Ты же обожаешь в попку! — Сегодня... нет. Сегодня спереди. — Ну спереди так спереди, — легко согласился он. Хоббиты вообще редко спорят о таких мелочах.
За шатром, в мягкой траве, нас ждал Мэрри с бутылкой вина. А ещё через пять минут там же, на поваленном бревне, оказался Сэм. С кружкой эля.
Мэрри сел на траву, прислонившись спиной к шатру, спустил штаны, и я встала перед ним на четвереньки, взяв его член в рот. Он запустил пальцы мне в кудри и тихо застонал. Пиппин пристроился сзади, между моих разведённых коленей, задрал мне юбку на спину, и, придерживая меня за бёдра, вошёл в мою мокрую киску одним длинным толчком. Я замычала, не выпуская Мэрри изо рта.
Они быстро поймали общий ритм: Пиппин толкался в меня сзади, и каждым толчком насаживал меня ртом на член Мэрри. Я качалась между ними, как лодочка на волнах, слюна текла по подбородку, а между ног всё хлюпало.
Сэм сидел на бревне и тоскливо смотрел. — Сэм, хочешь пирожок? — выдохнула я, на секунду выпустив Мэрри изо рта, потому что мне правда было его жаль. — Не хочу я пирожок, — буркнул Сэм и залпом допил эль.
* * *
Бильбо исчез на следующий вечер. Точнее, сначала он исчез на минутку в нашей кладовке.
Праздник уже затихал, гости расползались по домам. Я зашла в кладовку за сыром, а он уже стоял там: в дорожном зелёном плаще, с тяжёлым рюкзаком за спиной и с посохом в руке.
— Решил попрощаться как следует, — сказал он и подмигнул. — На дорожку. Чтобы закрепить. — Закрепить? Бильбо, ты уже всё передал. — Ну так, закрепить. Для надёжности. — Он покраснел до самых
Ондажды в больнице