видят? Не понять. Я отворачиваюсь, смотрю в стакан.
Старая идея. Дрянь. Порошок из сумки пловца — он всё ещё у меня, я не продала, не решилась. А Клещ лучший кандидат: у него связи, он может сбыть. Но как подойти? Как заставить? Я думаю, в голове туман от виски.
Местный туалет. Общий, без дверей, только перегородки: три раздолбанных писсуара, один унитаз, вечная очередь. Девушки — кто посмелее, кто пьянее — пользуются писсуарами. Неудобно. Но если изловчиться — можно. План плохой, но какой есть. Глотнула ещё. Горько. И к туалету.
Захожу. Внутри пусто, пахнет хлоркой и мочой. Встаю у писсуара, стягиваю штанину, поднимаю ногу, как бы не навернуться.. чтобы удобнее. Чтобы видно. Я знаю, что они пойдут. Клещ и партнёры. Рано или поздно. Туалет один, другого нет. Слышу шаги позади, мужские, тяжёлые. Не оборачиваюсь. Стою. Нога поднята, задница голая. Я даже немного радуюсь, что встала напротив первого писсуара. Они невольно пройдут мимо, и не заметить меня невозможно. Слышу, как шаги замедляются. Чувствую взгляд. На спине, на заднице, на ноге. Я не двигаюсь. Жду.
Выхожу, поправляя штаны. Внутри всё ещё горит. Эта игра заводит меня, не только разум - тело. Чувствую, как кровь стучит в висках, как соски трутся о ткань куртки. Мне это нравится. Нравится, что они смотрели. Нравится, что я... Нравится, что я держу всё в руках. Возвращаюсь в бар, прохожу мимо столика Клеща. На мгновение встречаюсь глазами с его партнёром — тем, что в жилете. Он смотрит на меня медленно, оценивающе, от задницы до лица. Я не отвожу взгляд. Просто иду дальше. Шаг сделан. Меня заметили. Как теперь начать разговор?
В голове — рой мыслей. Вспомнила свою подругу. Анна. Работаем вместе. Болеет, нужны лекарства. Где достать? Адель. Что она делает на самом деле? Откуда новая кожаная куртка? Кеды? Кольца? Я вспоминаю её лицо, когда она сказала: «Теперь это твои проблемы». Наглая. Сытая. Уверенная. Я хочу понять. Не из мести. Из голода. Она знает что-то, чего не знаю я. Мечтаю о горячей ванне. Долго. С пеной. Чтобы вода покрыла плечи. Чтобы можно было закрыть глаза и не думать ни о чём. Просто лежать. Как человек. Не как зверь.
Слышу голоса за спиной. Оборачиваюсь. Алекс. Сидит с двумя друзьями. Пьёт. Говорит громко - виски уже сделал своё. Рассказывает, наверное как его бесит Адель. Как она его подставила с разбитой коробкой. Как могла сказать правду, но промолчала. И теперь он без работы. Без денег. Непонятно, как жить. Друзья кивают. Сочувствуют. Один говорит:
— Адель вообще часто на заводе бывает. В соседнем городе. Там у неё дела..
Я замираю. Прислушиваюсь. Завод. Соседний город. И тут вспоминаю. Подруга недавно говорила Что-то о поставках туда. Какие-то люди приезжали. Что-то привозили. Я не слушала тогда ее. Она болела, а Я думала о другом, как ей помочь. Но сейчас — вспомнила. Завод. Поставки. Адель. Мысли не складываются. Надо увязаться с Адель. Поехать с ней. Посмотреть. Узнать. Но как? Клещ не отпустит. Скажет — работай в цехе. Надо что-то придумать? Если он сам отправит? Мне нужно, чтобы он отправил меня вместо этой дурацкой работы в цеху. С Адель. На завод. Туда, где ответы.
Пару дней заняло убедить Клеща дать мне вместо смены рейс вместе С Адель. Но удалось
Мы выехали рано, когда город ещё тонул в ночной мгле. В фургоне нас было четверо: я, Адель, техник по имени Гриша — он же грузчик, он же мастер на все руки, — и Алекс за рулём. Могли бы поместиться все в
мой любовник