После игры я сидела на бетонном блоке, вытирая лицо рукавом. Партнер Клеща подошёл, сел рядом.
— Ты вчера была с Адель, — сказал он. — На заводе.
— Была.
— Что там?
Я пожала плечами.
— Ничего. Запчасти. Масло. Скучно.
Он кивнул, но не отвёл глаз.
— Адель — хитрая. С ней надо ухо востро.
Я посмотрела на него.
— Ты её знаешь?
— Все её знают.
Он встал, бросил мяч ребятам и пошёл дальше. Я осталась сидеть. Внутри было странное чувство: легкость после игры и одновременно настороженность. Этот мужчина что-то знал. И, возможно, он мог стать полезен. Но сейчас я просто смотрела на небо, серое, но не давящее, и думала, что сегодня, кажется, впервые за долгое время я чувствую себя почти человеком.
После игры во дворе стало теплее — не от солнца, которого почти не было, а от движения, от смеха, от того, как мяч стучал по бетону и возвращался в руки. Я играла лучше многих. Лучше почти всех. Тело вспоминало то, что голова давно забыла. Я затянула майку потуже, чтобы она облегала грудь, и чувствовала, как ткань натягивается, как соски проступают сквозь неё. Мне это нравилось. Не из тщеславия. Просто нравилось чувствовать себя живой, видимой, желанной. Даже здесь. Даже сейчас.
Молодой партнёр Клеща в странной кепке, — оказался не плох, в игре он держался уверенно, почти нагло. Он смотрел на меня, когда думал, что я не вижу. На грудь. На бёдра. На то, как я двигаюсь. Я делала вид, что не замечаю, но внутри просыпалось что-то знакомое, тягучее, как утреннее желание, которое я гнала от себя весь день. Когда Клещ вернулся, мы с его партнёром подошли к нему, перекинулись парой слов. Ничего больше. Клещ кивнул, посмотрел на меня внимательно, но ничего не спросил. Партнёр стоял рядом и смотрел на мою грудь, уже не скрываясь. Я чувствовала этот взгляд кожей. И где-то глубоко, под усталостью, под злостью, под всем, что накопилось, снова шевельнулось желание. Но сегодня я была вымотана. Работа сделана. Не чувствую рук
Бассейн — единственное здание в городе, где всегда есть горячая вода. Сам бассейн не обогревается, но вода в душевых тёплая, почти горячая. Владельцы каким-то чудом умудряются её греть всегда. Суббота. Людей немного. Я окунулась, и проблемы как будто остались на поверхности. Вода приняла меня, тёплая, почти чистая. Я плавала медленно, без цели, просто чувствуя, как мышцы расслабляются, как уходит напряжение. В душевых я заметила молодую парочку. Они целовались под струями воды, прижавшись друг к другу, страстно, забыв обо всём. Я засмотрелась. Беззаботные. Хотя кто знает, как им приходится выживать. Может, у них тоже нет ничего, кроме этого момента. Я не завидовала. Просто смотрела. И думала, что когда-то и я так могла. Давно. До всего.
Утром я пошла на станцию. Лёгкой пробежкой, чтобы размяться, чтобы не думать. Добралась быстро. Станция жила своей жизнью: торговля, шум, запахи. Я разузнала про лекарства. Достать можно, но нужно что-то ценное, что-то, что можно выменять. У меня было. Порошок из сумки пловца, я всё ещё носила его с собой. Решила: была не была. Подошла к торговцу полубоком, чтобы не привлекать внимания. Он стоял у ящиков, перебирал что-то. Я быстро просунула руку в карман его огромных штанов и засунула туда свёрток. Это произошло почти мгновенно. Я встретила его взгляд, не отвела свой. Я чувствовала: лекарство будет. Для Анны. Она ждёт.
Я не знаю, зачем я так сделала. Могла бы просто положить свёрток под прилавок, и всё. Но вместо этого мои руки скользнули ему
Этот первый раз