месяце беременности, на нижнем ярусе прорвало магистральный коллектор. Олег был в дежурной смене. Он успел перекрыть задвижку и спасти всю бригаду... но сам не выбрался.
Елена сделала паузу, сглотнув подступивший к горлу комок. Марк крепче сжал её пальцы.
— Семьям погибших выплатили базовую компенсацию, но её едва хватило на больницу и роды. А дальше... дальше я осталась одна с младенцем на руках. Я пыталась найти человека. Простого человека, с которым можно разделять жизнь, растить дочку. Но реальный мир вне Агентства уже был сломан.
Она подняла на Марка грустные, мудрые глаза:
— Рынок за пределами Агентства переполнен молодыми девчонками. У многих из них нет никаких амбиций, они готовы на любые условия, без всяких формальных ценников и депозитов. Они красивы, молоды и свободны. И чтобы конкурировать с ними, одинокой женщине с ребенком нужно пробить стену.
Марк кивнул, глубже погружаясь в её слова.
— А теперь посмотри на это глазами обычного мужчины, Марк, — продолжала Елена. — С глазами человека вроде тебя. Чтобы встретить «бесплатную» девушку, познакомиться, понравиться ей, ухаживать за ней месяцами, ходить на свидания — нужны две вещи: деньги и время.
— Но если у тебя есть деньги — у тебя нет времени, потому что ты пашешь на заводе по четырнадцать часов, — тихо перебил ее Марк, подхватывая мысль. — А если у тебя есть время... значит, ты безработный и нищий, и ты не нужен вообще никому.
— Именно! — Елена слабо улыбнулась, и в этой улыбке была вся горечь их мира. — Это капкан. Система построена так, чтобы работяга вроде тебя никогда не имел времени на нормальные ухаживания. Ты выгораешь на смене, а вечером возвращаешься в пустые стены, припадаешь к подушке. У тебя нет сил искать, общаться, ошибаться. И тут появляется Агентство. Оно говорит: «Не надо тратить время. Заплати — и вот тебе готовенькая спутница в рассрочку». Они продают не просто женщин, Марк. Они продают экономию времени для заезженных работой людей.
Марк глубоко вздохнул, глядя на огонек индикатора на Hitachi.
Замкнутый круг. Бесконечная беличья клетка, в которой миллионы людей крутят педали, отдавая молодость за виртуальные кредиты, чтобы купить хотя бы имитацию человеческого тепла.
— Если бы я не отдал те последние пять тысяч за твою анкету... — тихо сказал Марк, глядя ей прямо в глаза, — я так и остался бы одиноким механизмом на этом заводе. Я думал, что покупаю спасение от тишины, Лена. А обрел единственное настоящее, что есть в этом мертвом городе.
Елена поднялась со своего стула, подошла к нему сзади и обняла его за шею, прижавшись щекой к его затылку.
— Мы оба нашли друг друга в самом низу этого рынка, Марк, — шепнула она. — Там, где система считает нас «уцененными». Но они не знают одного.
— Чего? — спросил Марк, накрывая её руки своими.
— Уценка — это единственный раздел, где еще сохранилась жизнь.
Глава 12.
Система никогда не бьет в открытую — она предпочитает удушение.
Шел третий месяц их совместной жизни. В квартире установился тот самый тихий, уютный порядок, который бывает только там, где люди действительно дорожат друг другом. На счету благодаря прибавке Марка и неофициальной работе Елены впервые образовалась небольшая подушка безопасности. Казалось, до финализирующего шестимесячного рубежа остается только ровно шагать день за днем.
Но во вторник утром терминал Марка вспыхнул сухим, тревожным янтарным светом.
«Уведомление Агентства Гражданских Соглашений. В соответствии с Постановлением № 409 вводится обязательный муниципальный сбор за компенсацию социальной нагрузки на несовершеннолетних подопечных в категории "Паритет-У". Ежемесячный платеж по контракту № 8402 скорректирован. Новая ставка: 18 000
Моя дорогая тёща