и горячо. Я почувствовал, как её мокрая рука скользнула вниз — по моей груди, по животу, оставляя влажный след, — и легла на мой вздыбленный, каменный член. Лёгкое движение ладони по стволу — она провела по всей длине, от основания до головки, и обратно, обхватила, чуть сжала, — и я чуть не застонал от наслаждения; этот стон поднялся откуда-то из груди, застрял в горле, и я с трудом его проглотил.
Вдруг её губы оторвались от моих — я потянулся за ними, как за воздухом, — но девушка, игриво улыбнувшись, плавно соскользнула вниз по моему телу: её мокрые волосы мазнули по моей груди, по животу, оставляя за собой прохладную влажную дорожку, и она оказалась на коленях передо мной. Я смотрел на неё сверху вниз — на её макушку, на то, как вода стекает по её плечам, на то, как её ладонь всё ещё держит меня, — и в горле пересохло так, что я не мог выговорить ни слова.
Наслаждение пронзило меня, когда её губы сомкнулись на моём члене. Я хоть и был дилетантом, но знал, что такое минет, — слышал от товарищей в раздевалке, от их сальных шуток и приглушённого смеха, видел на видео, где всё было отлажено и неестественно, где камера скользила по отрепетированным движениям, — но то, что делала она, превосходило все мои фантазии. Это было божественно. Девушка умело, глубоко сосала — я чувствовал, как её губы скользят по стволу, плотно обхватывая, как язык обводит головку, находит уздечку и задерживается на ней, чуть надавливая, как её ладонь мягко поглаживает яйца, чуть сжимает, перекатывает, — она делала это не торопясь, с каким-то спокойным, уверенным знанием, как будто делала это сотни раз и знала, что именно мне нужно, знала, где я не выдержу, где задохнусь, где колени подогнутся.
Вода стекала по её волосам, по моему животу, по её рукам, и в этом влажном тепле каждое движение отзывалось во мне с удвоенной силой, будто пар и вода проводили каждое прикосновение прямо под кожу. Я чувствовал, как внутри нарастает, как собирается внизу живота в тугой узел, как этот узел натягивается всё сильнее, и долго сдерживаться я не смог — всё накопилось, всё сжалось в одну точку, и эта точка стала горячей. Тугая, горячая струя спермы ударила ей в рот, потом ещё и ещё. Сладкая, всепоглощающая истома разлилась по телу — от пальцев ног до макушки, я почувствовал, как подгибаются колени, как слабеют ноги, как я цепляюсь за стену, чтобы не осесть на кафель, как по спине проходит дрожь, от которой мурашки бегут по рукам и шее.
Я завыл, как раненый зверь, схватив её за мокрые волосы — не чтобы оттолкнуть, а чтобы удержаться, чтобы не упасть, чтобы было за что держаться в этом мире, который на секунду покачнулся. Но девушка не давала покоя моему истекающему члену — она не отстранилась, не поморщилась, не выплюнула, как я боялся; наоборот, её губы остались сомкнутыми вокруг головки, и я видел, как её горло дёрнулось — она глотала, спокойно, уверенно, будто делала это каждый день.
Часть спермы не поместилась — белая, густая, она выступила в уголках её губ, потекла по подбородку тонкой тягучей струйкой, смешиваясь с водой, и вода уносила её в слив, а я смотрел на эту белую дорожку на её коже, на то, как она облизнула губы кончиком языка, собрала струйку, проглотила, — и снова наклонилась, продолжая нежно обсасывать член, вылизывая головку, собирая языком остатки, не позволяя ему потерять твёрдость
Взгляд - из серии школьные зарисовки