— я чувствовал, как он снова наливается, как кровь приливает обратно, как чувствительность после разрядки становится почти болезненной, как каждое прикосновение её языка отдаётся где-то в позвоночнике, и это было почти невыносимо — почти, потому что остановить её я бы не смог, даже если бы захотел.
Она встала, развернулась ко мне спиной — я увидел её спину целиком, мокрую, блестящую, с каплями, застывшими в ложбинке позвоночника и в ямочках над ягодицами, — и, не выпуская мой член из ладони, направила его к себе между ягодиц. Я надавил, и мой орган легко вошёл в горячую, тесную влажность её тела — она была мокрой не только от воды, я чувствовал это по тому, как легко скользнул, как её тело приняло меня без сопротивления, будто ждало, будто готовилось к этому с самого начала.
Девушка, стоя на прямых, чуть расставленных ногах и опершись ладонями в кафель — я видел, как побелели её пальцы, как напряглись мышцы предплечий, — начала двигать своим круглым задиком навстречу моему члену, медленно, ритмично, будто задавая темп, и я, обхватив её бёдра — они были скользкие, я чувствовал, как под кожей перекатываются мышцы, как они напрягаются и расслабляются при каждом движении, — стал ритмично притягивать её к себе, входя всё глубже и глубже. С каждым толчком вода вокруг нас плескалась, билась о кафель, стекала по нашим ногам, и в этом шуме я слышал только её дыхание — сбивчивое, горячее — и своё, такое же.
Понимая, что именно сейчас я становлюсь настоящим мужчиной, я испытывал невероятные ощущения от этих скользких, горячих соприкосновений — от того, как её тело принимает меня, как оно обхватывает, как оно отвечает, как её ягодицы ударяются о мой живот с влажным шлепком, как её спина прогибается под моими руками. Девушка тоже была на взводе — вскоре она томно заохала, её спортивное тело заметно задрожало, я почувствовал, как её мышцы сжимаются вокруг меня, как её спина выгибается дугой, как она подаётся назад, насаживаясь глубже, как её ноги дрожат, как она закусывает губу, чтобы не закричать.
У меня тоже подступил тот самый сладкий момент — я почувствовал, как внизу живота всё сжалось, как по позвоночнику поднялась горячая волна, как яйца подтянулись, как член стал ещё твёрже, ещё чувствительнее, и каждое движение стало отдаваться где-то в затылке. Я, зарычав, ещё сильнее и быстрее стал вгонять член в её влажную глубину — и буквально взлетел над землёй от нахлынувшего оргазма, потерял опору, потерял дыхание, потерял всё. Девушка, почувствовав это, в последний момент ловко повела попкой вбок, и мой член выскользнул, орошая её бедро густыми, мутными струями спермы — я видел, как они ложатся на её кожу, как стекают по бедру, как смешиваются с водой, — и вода тут же смыла их, унося остатки моего разума.
— Всё, уходи! Быстро, пока нас никто не застукал! — буднично, словно ничего особенного не произошло, сказала девушка, возвращая меня с небес на землю.
Я, счастливый и ошарашенный, быстро натянул на мокрое тело спортивный костюм — ткань прилипла к коже, я почувствовал, как холодно стало, — и выскочил из душевой. Потом я несколько дней тупо рассматривал всех спортсменок, пытаясь её узнать — всматривался в лица, в фигуры, в то, как они ходят. Но в одежде она терялась среди других. Я так и не узнал её имени, но запомнил свою первую любовницу на всю жизнь.
После этого случая я изменился кардинально. Раньше я стеснялся девушек — отводил глаза, краснел, не знал, что сказать, —
Воспоминания Саши. Часть 3.