— Я не сваха, — Алиса пожала плечами. — Но я могу передать им ваше предложение. Антон и Давид — они ребята открытые. Им нравятся новые знакомства. Особенно с такими... интересными соседями.
Антон и Давид. Теперь у них были имена. Эта мысль ударила Марину под дых.
— Они говорили о нас? — спросила она, не удержавшись.
— Конечно, — Алиса усмехнулась. — У них там оборудование получше, чем у вас. Они вас прекрасно разглядели. И вы им... понравились. Особенно вы.
Марина почувствовала, как краска заливает лицо.
— А... а женщина, которая с ними? Длинноволосая?
— Света? — Алиса пожала плечами. — Она бисексуальна и очень открыта к экспериментам. Но она не всегда с ними. Она скорее... постоянная гостья. Как и я, в каком-то смысле.
— Вы тоже с ними...?
— Сплю? — Алиса усмехнулась. — Иногда. Когда настроение есть. Но в основном я просто делаю им прически перед вечеринками. У них, знаете ли, высокие стандарты.
Марина не знала, что на это ответить. Вся ситуация была настолько сюрреалистичной, что ей казалось — она спит и вот-вот проснется.
— Хорошо, — Алиса вдруг стала серьезной. — Я поговорю с Антоном и Давидом. Дам им ваш номер, если вы не против. Они сами решат, связываться ли с вами.
— Да, конечно, — Марина быстро продиктовала номер. — Спасибо.
— Не за что, — Алиса встала, собирая сумку. — И знаете что? Вы мне нравитесь. Вы честная. Пусть даже врете немножко — но честно врете. Это редкое качество.
— Вру? — Марина похолодела.
— Ну, насчет свингерства, — Алиса подмигнула. — Не думаю, что вы так уж давно это практикуете. Скорее, это недавнее решение. Но это не мое дело. Удачи вам, Марина. И мужу вашему удачи. Он у вас, кстати, симпатичный.
И ушла, оставив Марину в полном смятении.
Дома Марина выложила всё Андрею, стараясь говорить спокойно, но её голос предательски дрожал, а пальцы теребили край скатерти. Андрей слушал, не перебивая, и по мере того, как она рассказывала, его лицо менялось — от удивления к тревоге, от тревоги к чему-то, похожему на страх, а потом и вовсе окаменело.
— Ты сказала им, что мы свингеры? — переспросил он, когда она закончила. Голос его прозвучал хрипло, как после долгого молчания. — Что я куколд?
— Это был единственный способ! — Марина всплеснула руками, и в этом жесте было столько отчаяния, что Андрею стало её почти жаль. — Если бы я просто попросила познакомиться, она бы спросила — зачем? А так у нас есть легенда. Мы свои. Мы такие же, как они.
— Но мы не такие! — Андрей вскочил с дивана, едва не опрокинув журнальный столик, и заходил по гостиной, как зверь в клетке. Внутри у него всё клокотало: от унижения, от злости, от какого-то липкого, тошнотворного стыда, который поднимался откуда-то из солнечного сплетения. — Мы не свингеры. Я не куколд. Мы просто... мы просто подглядывали. Как два идиота.
— А теперь мы должны стать ими, — тихо сказала Марина, не поднимая глаз. — Хотя бы на время. Чтобы попасть к ним в квартиру. Чтобы узнать про записи. Чтобы защитить себя.
— Защитить? — он резко обернулся, и в его голосе зазвенела ярость. — Ты называешь это защитой? Притворяться тем, кем мы не являемся? Лгать? Вступать с ними в... — он не договорил, словно само слово обожгло ему губы.
— В что? — она подняла глаза, и в них блестели слёзы.
Сучка